| ОТ КИНЮСА К НАРЛАМУ |

Научно-популярные очерки по истории изобретения и развития письменностей Континента, Объединённых Королевств и окрестностей, а так же некоторые другие очерки, охватывающие различные аспекты многослойной культуры Объединённых Королевств.

|| Коммуникационные системы Ува, расовые средства передачи информации и письмо ||

Расы Ува – определение спорное, потому что «малых рас», «подрас» гораздо больше, чем кластерных. Народы Ува все, насколько это известно на настоящий момент этнографии, владеют как минимум двумя способами знаковой коммуникации.
Один язык – гражданский или язык внешнего общения, мало чем отличается от земных аналогов. Второй тип звуковой коммуникации это так называемый племенной или «семейный» язык. Семейный язык нельзя назвать в полной мере словесным – в земной локации к этому понятию скорее относится акцент и лексические обороты арго.

У всех государственных языков обязательно есть письменность. Существует даже поговорка, гласящая, что «государство это документ». Древнейшие виды письменности, уходящие в века на тысячелетия встречаются на Уве в единичных образцах в связи с особенностями глобальных природных явлений Тшахона проявленных в Уве (см. другие очерки серии).
Прослеживаемая на Континенте история письменного языка ограничивается периодом около тысячи лет. В связи с такой скудностью исследуемого материала ни структура, ни детальная дешифровка древних письменных языков, существоваших в Уве примерно до 2200–2600 гг. не выявляемы. Древнейшие изображения, которые можно считать информирующими схемами, датируются периодом появления их около 2000–2100 гг. от РК.

Все происхождения знаков на долговременных носителях в любой культуре Ува делятся, упрощая классификацию, на мнемонические и силлабилические исходники. Первая система письменности оперирует иероглифами или идеограммами, вторая – слогово-буквенными наборами. В значительной мере современные имперские культуры используют обе системы переносания формальной информации. В плане использования знаковых средств коммуникации никаких серьёзных различий между выбором общности разумных Ува (рьята) от аналогичной общности Земли (humankind) нет.

|| Направление строчного письма раздельными видимыми знаками. ||

В отличии от Земли, где причины разнонаправленных векторов прибавления письменных знаков не раскрыты, на Уве этот выбор наиболее рационально объясняется противостоянием писаря генеральному направлению ветров, «циклон- фронтирной» мотивацией.
Неизвестно, верно ли такое объяснение или ошибочно, и направление рунической (раздельно- знаковой) письменности задавалось каким-то другим природно- ментальным фактором, но древнейшие знаки на камнях, которые были исследованны на землях лсагов (северо- запад Континента) направлены (по приросту сложности значительности сообщения) слева-на-право ( --> ), а вектор строчной письмености, найденный на керамических табличках из Шин Хо направлен справа-на-лево ( <-- ). В письменных памятниках культур близких к Прогибу, наблюдаются вертикальные или наклонные строки- этажи.
Изолированными видами письменности обладают народы, близкие по происхождению к урожденцам архипелага Годаи, но последнее время в научных кругах преобладает мнение, что образцы этого письма наследуют тому же «экваториальному» направлению и графике элементов.

Какой-то единой зоны зарождения письменности, подобно тем, каковые, как считается, найдены на Земле, на Уве не обнаружено, но есть области Континента, где сохранились древнейшие «законные камни». Рунические камни прото-лсагов сильно напоминают аналогичные древние памятники земной истории с полутора десятками различающихся знаков на них. Эти знаки можно идентифицировать как числовые или буквенно-слоговые сочетания, которые были призваны передавать прямую и, реже, описательную речь.

Вторая территория, где были обнаружены древние рунические письмена, это область внутренней Гореции. Эти руны немного отличаются от северных, но смягчённая графика этих знаков объясняется лучше обрабатываемым материалом таблиц: южные руны нанесены на известниковых плитках.
Южные и восточные письменные памятники уничтожались хуни на протяжении многих веков из соображений магической безопасности. В пещерах Высотного Цаса найдены некие знаки, которые можно считать письменными, однако большая часть информации оносительно этих находок скрыта под грифом государственной секретности. Южная часть Континента представлена древней, как считается, разновидностью столбчатого письма красных хуни и письменности хиуске. Достоверность датировок для «древней письменности хиуске» подвергается сомнению. В области юго-западнее плато Жервеш были обнаружены некие «шитые панеты» или «шарфы», но принадлежность культуры, которая «вышивала» эти «воротники урамба» остаётся под вопросом. Попытки дешифровки знаковой системы «воротников» продолжаются.
***
История Ува, да и Тшахона, насчитывает многие государственные образования и перечислять все виды алфавитно-знаковых систем, которые в этих сообществах использовались для записи речи в этом обзоре невозможно. Около пятисот лет назад на территории севернее БОС Ярвех возник зародыш современной федеративной империи – ОК. Это была гроздь владений, состоящая из пяти-шести тогдашних «королевств», которые, объединившись в оборонительно-хозяйственный союз, были вынуждены выбирать какую-то единую систему письма для составления государственных приказов и для чеканки своих закладных облигаций.

Первую письменность, которую попытались внедить в ОК, постигла участь почти курьёзная. Для составления слоговых таблиц этой письменности был приглашён учёный муж из стран хонто, которые тогда были союзны Королевствам. Шагробин Кинюс, как звали того учёного мужа, с усердием принялся за дело и создал красивую таблицу из базовых букв. Это была линейная таблица из двенадцати знаков, поворотом которых можно было отобразить аж 48 согласных звуков и их сочетаний.

Алфавит Кинюса.

Этим «таблицам Кинюса» выпала нелёгкая судьба внедрения. Знаки можно было резать как на дереве, так и в камне, лить в металле и, в целом, они были красивы и начертательны. Для уточнения способа прочтения знака использовалась обычная «земная черта», тиснёная под знаком.
Вскоре после штамования этих знаков на писчих печатях и для курсивного копирования в «ветхих листах» проявились два неприятных свойства новой системы «собственной письменности»: во-первых оказалось, что писцы вынуждены долго учиться пользоваться этими знаками, не путая «направление гравитации» и во-вторых, что было ещё более неприятно, сановные писари, избегая пользоваться «таблицами Кинюса» предпочитали продожать использовать втихую «перемороченные» хунейские идеограммы. 

С разными союзами хуни, с которыми делили землю и от которых отстаивали свою независимость наши предки, велась непримиримая война, длившаяся, с редкими перерывами, в течении почти трехсот лет. Кроме того, что тогдашняя хунейская система письма наследовала южной традиции – вертикальной, она ещё и была приспособлена для хунейской же аудиальной магии. Используя эту письменность для своих нужд гроздь королевств, претендующих на независимость, «подставлялась под удар» как магический, так и дешифровщиков. Даже не смотря на то, что применение хунейских лигатур-иероглифов было «перешито» под нужды правящей человеческой расы.

Во имя избегания магическо-культурной зависимости от восточного противника «таблицы Кинюса» попытались упростить. Это можно было сделать, потому что в обобщённом старом набу, которым тогда пользовались в качестве государственного языка Королевств, не было тех сорока восьми согласных звуков, которые можно было отобразить с помощью разворотов набора Кинюса. В течении десятка лет стартовые таблицы Кинюса сократили до 26–32 знаков для согласных звуков, используя для обозначения гласных «птички». Однако наряду с этими буквами Кинюса нет-нет да и продолжали использовать искажённые лигатуры и сочетания хунейских сокращений.

В таком «переделанном» виде «пёсья грамота»^1⤰, какое нелестное «омонимическое» прозвище получила эта система письма, она просуществовала более полутора сотен лет. Насколько «пёсья грамота с дополнениями» отражала звучание старого набу до присоединения к ОК народов, населяющих Провинцию, Степь и Утомы и даже часть хунейских родов? Этого мы сегодня сказать не можем. Во всяком случае после расширения государственного объединения как на север, так и на запад, и, в итоге, даже с выходом к Южному океану, в стране назрела необходимость в тотальной унификации письменности для уже имперских нужд. Объединённые Королевства протянулись на многие тысячи квадратных километров, и что более важно, вошли в эпоху массового печатания документов, где никаким чудаковатым лигатурам и разъяснительным безразмерным схемам, встроенным в строки, не оставалось места. Около двухсот лет назад, после приседининия к ОК обширных кусков Заиримской степи и выхода границы государства к Литым островам, было принято решение об унификации и упрощении письменности для всех регионов единообразной бюрократии конфедерации.
⤯ Примечание: __

Фамилия «приглашённого первопечатника» Королевств, сохранившаяся в форме «Кинюс», это кусок иноязычного «родового» сокращения. На старом набу слово «щенок» или «собачка» звучало примерно как «кюйи», а «собачий», соответствено, «кюйнат» или «кийнат». Отсюда иноязычно звучащая фамилия «Кинюс» обрела сходство с обозначением качества «собачий». И его таблицы превратились в «пёсью грамоту».
Дополнительной причиной появления народного прозвания старого букваря послужило то, что, не смотря на завершённость печатных таблиц Кинюса, на практике строки в «грамоте Кинюса», снабжённой безразмерными дополнениями в виде «хунейских вставок» и «птичек» выглядели весьма неряшливо. В России бы обозначили тот стиль каллиграфии «как кура лапой писала».
***

|| Предпосылки Второй Реформы унифицированной государственной письменности в ОК. ||

↓ ☱ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ☱ ↓

В 3716 г. от РК в тогдашней столице Объединения при Ассамблее Королевских Искусств (которая в те времена занималась и научными изысканиями государственной важности ) была учреждена учёная коллегия по единообразной письменности. Долго рассказывать о более чем десятилетней работе этой академической коллегии нечего: учёные коллеги своеобычно пилили средства, выделяемые им казной, выдвигая примерно раз в три года «концепции» обновления письма. Среди «творчества» академиков встречались варианты от завуалированных «давайте оставим всё как есть» до экзотических предложений. Например, в 3721 году предлагалось ввести разноцветное письмо. Три года спустя некто Инда Супа Бэрет, более ничем своё имя не прославивший, проводил на конкурс своё «секторное письмо», где буквы должны были обозначаться сдвоенными секторами круга. Идея секторного письма не прошла одобрения даже на этапе представления к высокому дивану, но слава о нелепости этого предложения вышла за пределы Ассамблеи и обернулась устойчивым выражением «суп из берета», когда хотят объяснить, что дивайс заведомо неработоспособен. Никакого видимого прогресса в деле унификации письменности Объединённых Королевств, раскинушихся уже к тому времени от Оёла до берегов Медового моря, не наблюдалось. Судьи писали так, как им было уже привычно, купцы пользовались своими обозначениями, маги с формалистами – своими, народ грамоты не ведал, узнавая новости от тех же купцов да глашатаев.

Идею о необходимости всебщего начального образования лоббировали, в основном, промышленники, которым требовались десятники, способные самостоятельно читать чертежи, учётчики и прочий конторский люд. Основным строителем того времени был малоземельный крестьянин, подавшийся на заработки или переданный в наём отрабатывать долги. Все «инженерные» указания передавались устно, приказом бригадира «копать отсюда дотуда» или обучением мастерству через наставника. Наставнику, умеющему чуть больше чем разнорабочий, учиться чему-то по книгам тоже было не обязательно – они вполне справлялись с цеховым обучением урезанной «пёсьей грамотой», которая легко приспосабливалась и для арифметических нужд.

Промышленники Королевств стали ощущать необходимость большого количества грамотных рабочих после внедрения в шахтное дело паро- электрических машин, транспортёры которых потянули за собой весь спектр механических инноваций, заменяющих малопроизводительный ручной труд. С 3650- 3670 гг. на Континенте начала «набирать обороты» парогенераторная технологическая революция. Время машин потребовало машинистов и обучения их в течении нескольких лет. Хунейский метод «отбора способных родов» и тренировки магически-зашоренного ума для человеческой расы ОК, оказался, в силу некоторых причин, непригоден.
** **
Вторым заказчиком унифицированной грамоты, доступной простым людям, выступал Генштаб, который в те времена формировался исключительно из дворян и назывался, переводя в понятные для России термины, обьединённым военным домом, точнее – Стрелецкой Академией.

Так исторически сложилось, что дворянские дети «ушедшие в стрельцы» считались заранее похороненными и, формально, заложившими свои родовые усадьбы под проценты, с передачей этой земли не себе, но потомкам. Уход в отставку со службы в те времена не предусматривался вовсе. Дворянин, передавший себя в армию, мог покинуть ряды дружины только по такому ранению, после которого долго не жили даже в «инвалидном пансионе», пользуемые врачами из соответствующего ведомства. Военный инвалид имением своих сыновей тоже не занимался – он же уже переставился и наблюдает за мирскими делами вполглаза. Всеми хозяйственными делами военных усадеб занимались доверенные лица военных чинов, урядники и вассалы, получавшие сословные чины второго ранга.

Здесь надо пояснить, что все дворяне Объединённых Королевств того времени были, как и в любой империи, военнообязанными, но статус их «отрешённости от мирских дел» разнился в зависимости от выбранного «поприща» служения. Аналогов такому построению армейской службы на Земле, кажется, не было. Изначально поприщ было только два: погранично- казачья служба и охранная, гвардейская. Казаки считались «покойниками» абсолютными, а гвардейцы – частичными, не закончившими всех мирских дел. Однако с ростом сложности организации войска стали появляться и иные «поприща», не связанные с молодецкими атаками и с наукой пускать врагу кровь.

По причине такого разнообразия военных специальностей и «поприщ» в 3693 году в ходе военной реформы было коллегиально разрешено отдавать некоторые поприща не только наследственным дворянам. Старых дворян обслуживали их крепостные слуги и формально «умирая в казаках» эти дворяне оставались хранителями значительных оборотных капиталов.

Оставаясь дворянином можно было служить не телесно, но векселями. Что многие дворяне и делали, оставаясь помещиками, но передавая свою «служивую смерть» именным вексельным поручениям, вкладываясь в казну омертвелёнными деньгами, которые они не имели права оттуда вытребовать обратно. Иным способом «умереть за Отечество» была передача этих «душевных» векселей на конкретную военную компанию, выборному маршалу. Такой, собирающий «общак», маршал считался «покойником» за всех своих вкладчиков-компаньонов, беря на себя роль отошедшего от хозяйства «за себя и за други своя». Если попросту, то помещики на законных основаниях откупались от несения бремени военной службы. Такой оборот был выгоден и королям Столба, которые могли потребовать на военную службу любой вид «полного жизни» имущества помещика. Тот перепоручал «свою душу», например, выделяемым на операцию бедным крепостным, отправляемым на войну с королевскими рекрутами. И священный закон соблюдён и аграрная экономика в порядке. Дворяне, владевшие большими и сытными земельными наделами, присваивали отправляемой ватаге право умереть, а себе – интендантское поприще, прибавляя владеющих своим имением наследников.

Вялотекущее противостояние с северными, лесными родами хуни после 3640-го года (подписание Мокрого пакта) позволило расширять империю на запад и на юг, наращивая сложность мирной экономики. Приращение империи скотоводческими племенами Заиримской степи и выход к Медовому морю потребовал укрупнения государственного аппарата. Землевладельцы на эти должности, не обещавшие ни богатства ни отчуждения земель союзных скотоводов не шли и своих «владетельных» детей не пускали. 

К 3690-3700 гг. в ОК возникла такая нехватка младших военнообязанных чинов, служащих в государственных канцеляриях, что была проведена упомянутая сословная реформа, позволившая, де-юре, покупать дворянство в канцелярии за отсроченный взнос многолетней службы «там, куда пошлют». Попутно тому, что после этой реформы в ряды дворянства влилось множество представителей бедного купечества и даже детей крестьян, статус «служебно умерших» после реформы окончательно размылся, превратившись в слова речитатива присяги перед Столбом. Так же в ряды «офицерства» Стрелецкой Академии влились дети степных вождей, владевших своей печатно- родовой грамотой, не совпадавшей по значениям со слоговыми закорючками таблиц Кинюса. Для упрочения престижа метрополии да и для целей прочного документированного взаимопонимания в чиновничестве и в едином судопроизводстве потребовалась грамота, учитывающая и степные понятия.
** **
Третьей группой относительно влиятельных юрлиц, заинтересованной в создании алфавитного письма, учитывающего запросы разноплеменного и даже разнорасового сообщества граждан ОК, оказалась церковь, учение формалистов, получивших в ОК государственную поддержку «братства Столба». Первые представители этого философско- этического и, в какой-то степени, религиозного учения, которое получило такое «формальное» название, появились в пределах «гроздевого союза» договорившихся королей ещё на заре становления независимости, но влияния, превосходящего традиционные заветы и, тем более шаманизм хунейского происхождения, деятели этого учения не имели.

История и увография распространения формализма во многом «покрыта мраком», но чем шире разрасталась имперская конфедерация центра Континента, тем более короли- союзники склонялись к необходимости «своего в доску» официального морального свода, не уступающего по роли социального стимула моральным учениям соседей- противников. Нельзя сказать, что формалисты отлично справились с этой «задачей», но к концу трехтысячных у мастеров формализма накопился определённый авторитет «защитников справедливости» и даже – чудотворцев. Формалистам требовался алфавит, не принадлежащий никакой отдельной культуре Объединения Народов. Таблицы Кинюса для роли собирания разноплеменной паствы не годились по причине своей очевидной им, формалистам, «невдохновенности». Особенно им не нравились развороты знаков, меняющие их смысловое насыщение, которые четырёхсторонние перевороты и прочим магам королевств, надо отметить – резонно, не нравились. Не говоря уже о «вставных» хунейских идеограммах, о которых уже было сказано выше. Однако ничего своего формалисты не предлагали, по видимому сообразив, что такое предложение будет воспринято правящей элитой как попытка прямой магической атаки.
~* *~
Так получилось, что ни одна из групп, заинтересованных в реформе «пёсьей грамоты», вопроса не педалировала, хотя отчётности и требовала. Основным достижением коллегии по унификации за 14 лет своих трудов по распилу было всенародное понимание того, что Ассамблея это та ещё шарашкина контора, мудрецам которой лучше ничего не поручать. Так эта заказанная «реформа» письменности и протопталась не сходя с исходной точки, начиная с 3716 по 3730 гг. В 3730 году коллегия была распущена и лишена финансирования до следующего удачного для старта подобного рода исследований года, который, был намечан на 3736-ой. Но в 3734-ом году через Цас полетели драконы, а «четырёхрукие» людоеды выбросились на пологий берег Медового моря. Объединённым королям стало немного не до того.

⥏ 家 ⥑

Расовая война с Южной Коалицией длилась, в общей сложности, более шести лет. Освещение этого жизнеопределяющего сражения сразу нескольких государств с «южанами» – дело отдельного эпоса. Начавшись для королевств со внезапной атаки сразу с трёх направлений, война 3734 года, можно считать, завершилась в 3741 году, хотя её отдельные «афтершоки» длились ещё лет десять после её официального, одностороннего завершения. Ни мирного договора ни, тем более, капитуляции главы Южной Коалиции, столицы которой спрятались вблизи Прогиба, не подписывали.

Самыми крупными геополитическим достижениями государства под правлением королей- приятелей в этой войне было выживание и два приобретения. Единая держава выстояла и к конфедерации присоединились горные княжества, не способные бороться против агрессии самостоятельно. В дальнейшем эти горные протектораты стали называться горной Провинцией Цаса или просто Провинцией. Чтобы вам стал более понятен геополитический выигрыш королевств: облётная площадь этой высотной автономии, присоедившейся к ОК, примерно равна половине Тибетской провинции Китая. Хотя значительная часть верхней части Провинции и невозможна для постоянного проживания там людей, но это большой участок суши. Пусть и незаселяемой.
Изрядно потрёпанные этой войной северные хуни, выступавшие сначала «на стороне» агрессора, откололись от Южной Коалиции и, необъяснимым сюрпризом для королей, перешли на сторону обороняющегося северного союза. Магические удары этого «партизанского объединения» очень помогли сбросить войска Коалиции «катаров» с южных предгорий Цаса в джунгли Сагне, где те оказались в тактической изоляции.
После окончания «горячей фазы» этой войны отношения между королевствами и содружеством родов хуни Южных Оёлов вернулись к традиционно более прохладному канону, но опыт взаимодействия оказал свой психологический след. 

В ходе первого нападения с юга наболее пострадали, в границах тогдашнего распространения амбиций ОК, прибрежные районы Медового моря и степняки. Четверорукие монстры натурально не различали людей и их скот, пожирая всех. Панцири четвероруких пришельцев «с моря» были непробиваемы для большинства видов лёгкого холодного оружия, а безопасные для самих обороняющихся взрывчатые вещества в те годы только начинали быть доступны. Да и не было у степняков этих веществ..

↓ ☱ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ☱ ↓

Для этого очерка истории письменности важно, что коалиция «агрессоров с Юга» быстро организовала на ряде захваченных ими территорий марионеточные «государства». В этих «комендантских государствах» все местные жители формально становились пленными рабами, но оккупационная администрация состояла, частично, из тех же людей или джизхуни, вперемешку с пришлыми хозяевами положения.Язык общения в этими администрациями оказался большой проблемой для захватчиков и ещё больший – для захваченных.
Вопрос понимания прямой речи оккупантов был в том, люди по сложению своего артикуляционного аппарата не способны выговорить большую часть тех звуков, которые издавали, например, четверорукие. Основа коммуникации у четвероруких «среди своих» была, как мы бы сейчас выразились, «телепатической». Однако эта телепатия, по видимому, не имела отношения к гипнозу. Четверорукие «синеглазки» выступали только в роли ударных отрядов, с минимальными способностями к интеллектуальной деятельности. Управляла агрессией раса «маленьких», южных, так называемых «красных» хуни, стремившихся к поселенческой колонизации. Голосовая речь красных хуни не воспринимается на слух обычными людьми как нечто поддающееся чёткой расшифровке мозгом. До «набега на север» красные хуни «аннексировали» земли расселения урамба, получив в их лице союзников-переводчиков. Мозг урамба способен воспринять речь красных хуни, но «загнипнотизировать» новоявленных наместников, пришедшие вместе с захватчиками посредники-коллаборационисты из урамба не могли – урамбу плохие «внушатели». Сами красные хуни могли командовать «телепатически» только своими нечеловеческими войсками и, словесно, урамба.

Получилось, что вооруженным колонистам требуется или самим откладывать в сторону оружие и пахать в непривычных для них условиях или везти какую-то рабсилу с уже захваченных территорий, выгнав или сожрав всех местных. Поначалу так оно и случалось – всё восточное побережье Медового моря обезлюдело. Однако в первый же год массового нападения на северо-запад, Южная Коалиция потерпела сокрушительное поражение от хонто. На Континент, почему-то неожиданно для агрессора, пришла зима. И если поражение немцев под Москвой в 1941 / 1942 гг. земной истории можно пытаться объяснить «русскими морозами», а можно и не привлекать этого погодного фактора, отдав роль победителя армии СССР, то поражение четвероруких на мысе Кей объяснялось тем, что они замёрзли. И их нервная система разрушилась, отказавшись служить своим телесным хозявеам. Продвижение Южной Коалиции на запад замерло на всё той же многострадальной Гореции – на побережье заливов- лиманов Южного океана.

Коалиция, тем не менее, продвинулась на внутреннюю, Заиримскую степь, но тот же холод заставил войска непобедимой нечисти, как многим казалось в первый год войны, затормозиться. Коалиция стала «окапываться» и создавать на захваченных землях подобия хозяйственных комендатур. Степнякам бежать было некуда, они оставались целыми кланами под оккупантом, составляя его кормовую базу. Хотя часть их и откочевала в лесостепь, под «плиту туч»... Красные хуни не скрывали того, что они «пришли сюда навеки поселиться», но к сожалению для них, выяснилось, что сами они работать в холодном климате не могут и вынужденны или строить себе «теплицы» или лезть обратно под землю.

Поднебесная поверхность вне немногочисленных городов и военных лагерей оставалась фактически «в безвластии», чем не замедлила воспользоваться обороняющиеся сторона. Любопытно, что в ходе войны с Южной Коалицией людьми была впервые применена, тогда ещё примитивная, но бомбардировочная авиация. Такой подлости от бледного противника владеющие, как им казалось, единолично повелителями воздуха – драконами, агрессоры не ожидали... Ко второй зиме войны «красные» хуни попрятались по теплицам и штольням, отдав большую часть наземной фортификации союзным им хуни более «мягкого цветового спектра» и техникам урамбу.Вся эта компания друг дружку прекрасно понимала, общаясь на нядьенго – языке межплемененного (купеческого) общения южных хуни. Письменность этого языка уже к тому времени была силлабилическая, раздельно- слоговая. Заглавную роль в колонизации и контактах с местным населением, не уготованным (временно) для подачи на стол, играли эти жёлтые и «светлые» хуни вперемешку с урамбу.

⥏ 家 ⥑

Выучить язык нядьенго людям, даже степнякам, можно, но письмо этого языка, каким его применяют сами хуни Дента ставит человеческий глаз в тупик. Учить местные языки навсегда порабощённых народов южные хуни считали ниже своего достоинства. А документы-то как-то составлять надо! И жёлтые хуни, вынужденные общаться с бригадирами «из рабов», нашли выход, удобный для них и годный для тупых местных. Обычная строчка слов надьянго, выглядит как набор «кирпичей» разной дырявости, выставленных на стол. В базовом нядьенго, которым пользуются только хуни, есть тоновые различия гласных, длинные согласные, щёлкающие звуки – в общем, расовый язык, со своей специфической письменностью. Но в том «диалекте» надьянго, которым пользовались по берегам западной части Южного океана в качестве «лингва франка» и который был освоен, в том числе, урамбу, многих звуков хунейского нядьенго не осталось. Взамен них появились фонетические «стяжки».

Писали урамбу на нядьенго крупными, растянутыми по вертикали «блоками», не вмещающимися в стандартную высоту строки ветхого хунейского документа – это «телеграфная» полоса исторически выверенных размеров (противоразрушительных). Урамбу поворачивали эти «телеграфные ленты» сначала косо, а потом и вовсе уложили их горизонтально, графики хунейских силлабилических знаков не изменив. Текст письма на нядьенго, написанный представителем народа урамба, больше всего напоминает куски штакетника с выломанными кусками и положенными поперёк веточками, камушками и какими-то зверьками. Такое «забористое» письмо. Направление строчного письма на нядьенго в качестве берегового «лингва франко» было разным, но преимущественно – слева-на-право.
Фраза на общем нядьенго в «классической» хунейской графике:

Та же фраза, на том же нядьенго, написанная западным купцом:

Вот эти крестики- веточки побережного нядьенго «теплые» хуни и приспособили под «колониальную» письменность, состоявшую всего-то из полсотни лигатур. Все время оккупации документация, вывески, приговоры и оповещения составлялись в этой письменности – на нядьенго в каллиграфическом исполнении урамбу.
Зимой 3737-го, «неудобного» года между четырьмя государствами севера Континента был подписан Маас-Дакейский военный пакт, иначе называемый пактом Сопротивления, через который было узаконено «убойное» взаимное перемирие и международное военно-техническое сотрудничество ради победы над южным агрессором, задевшим всех. Через три года такого рода контактов «красные» хуни вместе с их союзниками были вытесненны в джунгли южнее Цаса и на Полуостров. В завершение этого вытеснения, тогдашние «камикадзе» из хонто взорвали и сожгли Тоогон – маточный дворец «четвероруких», расположенный на Полуострове. В ходе этой операции погибло около двух сотен человек, но четверорукие были, если можно так выразиться, деморализованы. Ячейки на недавно оккупированных территориях не приобрели для них статуса святынь – там не успело народиться и десятка «авторитетов». Ещё более деморализованы сожжённым Тоогоном оказались урамбу, уже привыкшие к тому, что их Полуостров доступен только по берегам, а на внутренних землях – великая магия, уютно и безопасно.

После «показательного» сожжения Тоогона многие рода урамба стали если не мешать «красным» хуни жить, то относиться к ним без должного пиитета. Драконов, валящихся ордами через перевалы Цаса, научились сбивать целыми стаями. В течении длительного «военного положения» в Королевствах промышленники приобрёли такое государственное влияние, что стали вторым, если не первым по значимости «сословием», изрядно потеснив аграрно- боевитое дворянство.
На освобождённых от захватчиков, опустошённых войной землях западнее Цаса и Ирима оставшееся население, выучившееся «грамоте выживания», пользовались показанной «вышивкой крестиками». Оставлять это дело «так как есть», для Объединённых Королевств, вернувших себе контроль за большей частью Степи и даже «раздвинувших» федерацию до Южного океана, было бы культурно- магически неверно. В 3745 году вопрос о реформе всеимперской письменности опять был поднят на уровень государственной задачи.
Надо сказать, что за время «горячей фазы» войны с Южной Коалицией «пёсья грамота» уже была немного реформирована и стандартизирована. Под угрозой военного трибунала было запрещено применять в документах любой важности вставные хунейские «пометки». Воевали-то с расовыми хуни, как ни крути. Несколько таких казней состоялось, причём трибуналы на положение каллиграфа не взирали, бессердечно лишив проспиртованной тыквы даже одного престарелого министра.

⥏ 家 ⥑

После официальной победы над «красными» и их союзниками вопрос о безопасной, красивой и удобной письменности вернулся в королевскую канцелярию на рассмотрение предложений. Однако, как можно заметить, способ письма при уже работающей традиции начертательного изложения идей это не первоочередная хозяйственная задача. И выбор решений для этой задачи лежит скорее в плоскости идеологического насыщения культуры, чем среди насущных задач, требующих пристального внимания. 
Насущные хозяйственные задачи, требующие незамедлительных решений и выбора ответственных за неисполнение этих решений лиц, как правило, громоздки и даже, бывает, дурно пахнут. Решение этих насущных задач требует выделения энергии и вложений тех средств, которые всегда в дефиците. Среди безотлагательных хозяйственных задач такие прозаические вещи как законодательное обеспечение правомерности взаимных претензий землевладельцев, определение минимума оплаты труда или даже допустимые даты начала охотничьего сезона в текущем году.

Конечно в любом уважающем своих чиновников государстве есть разделение обязанностей между ведомствами и службами, которые призваны заниматься своими спектрами проблем. Но распределение бюджетных вложений начинается с тех ведомств, без которых верхушка пирамиды государственной власти не может обойтись «уже вчера», а уже после того, как эти фундаментальные службы обеспечены, можно подумать и о культуре.

Среди первоочередных государственных задач безопасности и экономики после объявленной победы 3741 (3742) -го года было три дела: развитие единой транспортной структуры оборонительной конфедерации, протянувшейся с севера на юг; восстановление пищевой обеспечености населения и, конечно, дальнейшая инновация оборонительного сектора вложений. Перемирие «до победы над пришлыми», можно считать, закончилось, а меридианальные спорные зоны остались...

Посчитав, что за себя они расквитались, из пакта Сопротивления односторонне вышел союз хонто, достаточно откровенно поставив свои гарнизоны прямо в Степи и отгородив отхваченный участок земли от притязаний Объединённых Королевств, уже проложивших в Чандош чёрный тракт. Теперь тракт упирался прямо в вал- границу западного союза без намёка на гостеприимные ворота, прорубленные для путешественников, преремещающихся по тракту. Королевства ответили на такую наглость тем, что возвели со своей стороны Мурдеги оборонительную линию, нагнав на строительство пленных урамба. Соглашение с Оёлом держалось только на том, что южные хуни «общности Явлам» платили королевствам репарации, часть которых шла северным дархуни, ставшим отдельной «буферной» автономией между землями человеческих королей и нагорными «партизанскими» родами. Всеобщего ликования и братания враждующих сторон не наблюдалось и на юге, где оставалася «подгорающий» фронт с отступившими на Дент красными хуни, не теряющими реваншистских надежд. Требовался свой военный флот, начало строительтству которого было положенно ещё до войны, но прервалось с началом войны.

На все эти острые необходимости накладывалась хозяйственная разорённость внутренних районов страны, до которых дотянулись «спустившиеся с гор» соединения южан. Так бы мы до сих пор и писали, наверное, «пёсьёй грамотой», если бы не страх перед реваншем магической атакой. Магия, в сочетании с технологиями производства отравляющих веществ, показала себя в ходе войны с южанами во всей красе.
В коллегии военных инженеров (КВИ) – отдела внутри СА, выделенного в период с 3738 по 3752 гг. – расчитали, что любой «потенциальный противник» у которого есть шаманы- маги, используя очень незначительные силы может парализовать работу целых участков «федеральных» транспортных линий, просто манипулируя таблицами «пёсьей грамоты». Побитая Южная Коалиция не воспользовалась этой возможностью по некоторой технической отсталости и по причине расовой несовместимости своего речевого аппарата.

Оповещённые об этой политико-технологической опасности регенты с «настоящими» наследственными королями ещё, может быть, долго бы мялись и кивали друг на друга, если бы не наглядная демонстрация, проведённая инженерами на одном из королей, которому очень уж хотелось поднять на смех всяких слишком умных, на которых только золото казны тратится. Ничего подобного в земном эквиваленте монархий, где царственные особы пользуются неприкосновенностью, представить невозможно.
Строптивый «вице- король» не помер, только «заболев», но сановные наблюдатели были вынужденны признать, что растопыривший пальцы как младенец, мычащий и чуть ли не писающийся деятель аппарата, обязанный визировать приказы, это достаточно опасная диверсия, для того чтобы о ней задуматься.

На последующем за сим наглядным убеждением Высоком Собрании задачу выработки нового алфавита, с которым подобные «любительские» диверсии станут невозможны, поручили армейскому ведомству, походу выделив ведомости на оклады уже существующему отделу шифрования и криптографии, который до того был «вчёрную» вычленен из отдела связи.
Долго ли коротко ли, а точнее – всего за два последующих года, криптографами было нарисовано несколько версий таблиц «противомагического» шрифта. В тайне от всех, в том числе от собственных народов – болтливых и склонных к продаже секретов Родины всем, кто заплатит.

Откуда военные криптографы черпали вдохновение не совсем понятно, но первые буквы на одобренных СА таблицах сильно напоминали всё те же гранки Кинюса, урезанные до скромных двадцати четырёх букв, разной строчной длины. Причём «уложенные на бока» буквы этого набора шли, по версии разработчиков, с уже прицепленными к ним шестью гласными. И этих «слогов» стало ни мало ни много 144 штуки. Так криптографы ОК вторично изобрели слоговую азбуку, что никому было не в радость.
Да, эти буквы при манипуляциях разностороннего «переворачивания» теряли осмысленность, но пользоваться ими было где-то даже сложнее, чем «крестиками» урамба. В Генштабе нашлись трезвые головы эту «слоговую азбуку» забраковавшие.

Вторым проектом, доведённым до ума, были гранки упрощённого «прозрачного письма». Прототип «прозрачного письма» было известен на Континете очень давно и представлял из себя чёткую прорисовку артикуляционных положений органов речи.
Беда «прозрачного письма» для Ува заключается в том, что это и есть простейший конструктор для магического удара через аудиторный канал. Первые граффити, которые были идентифицированны как «прозрачный артикуляционный конструктор» были найдены на платиновых табличках одной из мёртвых культур в округе Тадеск, чуть ли не в сердце территории, откуда, по видимому, произошла западная ветка людей – хонто. И точно такие же пластинки были обнаружены, неведомо как там оказавшиеся, в пещерах южных склонов Утомных гор... Письмо знаками этой «артикуляционной» азбуки возможно, но она мало того, что известна всем народам, владеющим письмом, но и позволяет ворожить даже детям.

⥏ 家 ⥑

Пример некоторых знаков прозрачного письма неизвестной культуры области Тадеск.

Увидев, какую разработку им принесли криптографы, приёмная коллегия Генштаба поначалу схватилась за головы и её члены начали изрыгать звуки, напоминающие те, которые издают испуганные драконы- купольники. Разве что без плюмажей. Изобретателей испугавшего коллегию шрифта сослали на южную границу – зачищать контрольно- заградительные полосы.
Однако через пару месяцев мнение членов коллегии чудесным образом переменилось. Опытный набор этого шрифта, разработанной на основе пан-континентальной «артикуляционной» азбуки, неведомыми путями оказался вне стен Генштаба и там понравился формалистам, которые придумали воистину иезуитскую технологию избегания вероятных магических атак, притягиваемых этим шрифтом.
Группу разработчиков, хотя уже и не в полном составе, вернули из гиблого Дента и посадили за доработку. В условиях опять строгой секретности, «забыв» о том, что церковь формалистов уже «в деле» и даже, в некотором роде, управляет дизайном.

В итоге этих стараний к 3751-ому году таблицы новой письменности были готовы и приняты к внедрению. Новая письменность оказалась понятнее и лаконичноее «грамоты Кинюса». Но только через три года после того в ОК была принята единая программа гражданского образования, позволившая применить нововедение.
В историческом промежутке между 3754-ым и 3756-ым гг. в ОК случились сильные социальные перемены, обязанные Ультиматуму, своеобразному декрету парламентско- буржуазной революции.

Новое Собрание приняло закон об алфавите Нарлам, придав ему статус «государственного достояния» уже в 3756-ом году.
В общем алфавите Нарлам – 28 ключевых согласных букв и 6 базовых гласных, пишущихся отдельно от согласных. Большинство звуков современного нандунэ / надёнэ легко произносимы, но в диалектах и в соседних языках могут встречаться звуки, передаваемые специальными добавлениями к базовому алфавитному набору, «прилепленными» «акцентами». Направление письма Нарлам слева-на-право, традиционное севера, однако иногда встречается написание в противоположную сторону, «по южному». Эта мода стремится уподобить написание к «островному» алфавиту, принятому у дзофа.
Жизнеутверждающая фраза сказанная по-русски, но написанная ранним письмом "Нарлам":

↑ མགོ་བར། ↑ ▫ ⥏ 家 ⥑ ▫ ↑ དཔེ་དེབ། ↑

| ЭТИКА УВА |
☆ ☆ ☆ ☆ ☆
___Земной расчёт социализованного поведения рассчитывает предполагаемый расход своих сил, обмениваемый на ожидаемый уровень защиты, на покупку этой защиты в той или иной форме. Деньги, обретаемые в обмен траты личных сил, всецело обеспечивают защищённость расходующего силы. Чем больше у человека Земли денег, тем меньшее количество опасностей его окружает, это мировая аксиома. Каждый «землянин» расчитывает: хватит ли у него способностей, чтобы получить столько денег, обмениваемых на блага, включающие защищённость, чтобы сохранить полученный капитал?
___В условиях стабильной в плане независящей от человеческого благоустройства проявлений местности Земли деньги аннулируют почти любые угрозы сохранению накапливаемого капитала. Исключения из этой простой схемы «обмена сил на деньги» редки и порицаемы вплоть до устранения таких ненормальных.
___Всякие мотивации, диктуемые совестью, приличиями и прочей духовностью легко перекрываются давлением обстоятельств. "Утром деньги, вечером стулья" (с) потому что "трубы горят".

___В мире Ува расклад личных расчётов при ожидании оплаты в обмен на способности сложнее ровно в два раза. Разумный Ува, увы, но вынужден принимать в личный расчёт гармонию родов, которую можно называть, для простоты понимания землянами, «коллективной магией» и которая не подчиняется велениям личности. И ещё персонаж Ува вынужден считаться с неизвестными факторами реактивности «мира кьяна», который был вообще непознаваем вплоть до новейшего времени, и рефлексия которого, как считается, не может быть логически рассчитана.

___Эти факторы риска как-то пытаются обрабатывать религии Ува, но получается эта обработка в Уве хуже, чем на Земле. Потому что тамошняя третяя и четвёртая силы ведут себя активнее, жёстче вмешиваясь в дела, нежели их земные аналоги. Если источники родовой магической силы ещё как-то можно локализовать или пытаться изучить, то логика поведения субъектов кайнологии, похоже, неподвластна разумному пониманию причин и следствий. С точки зрения атеистической традиции геополитической группы хонто, сила кьяна является частью «заданной архитектуры» мироздания. Понятия «традиция» и «атеизм» не очень сочетаемы, но как иначе назвать научный подход с отрицанием божественного умысла?

___Как бы не называть явление, но все культуры Ува вынуждены в своих решениях балансировать между познаваемой, переводимой частью воздействий на человека и непереводимой, противостоящей обыденной логике, здравому смыслу.

___На Земле все подобного рода балансирования кончаются тем, что побеждает коллективная выгода, переводимая в конвертируемую валюту. Пока, во всяком случае, побеждала. Различия между земным методом «окончательных решений» и методами, допустимыми в Уве, явно заметны на примере сравнения двух войн: «Севера с Югом» на Континенте и Второй мировой на европейском твд.
(Итоги последней мировой войны Ува пока не совсем понятны, я не буду их здесь касаться. )

↓ ☱ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ☱ ↓

___По логике «землян» войска группы Урвена к’Сорре (южный фронт), преследующие отступающих на Дент «красных хуни», должны были, не взирая на количество погибающих среди своих солдат, «додавить» противника до капитуляции, так же как это сделала Красная Армия на Зееловских высотах (на подступах к Берлину) в 1945 г. И, потеряв ещё несколько тысяч человек, дойти до «рейхстага», где захватить или уничтожить генералитет расового врага. Причин смертельной ненависти «северян» к «южанам» хватало. Война 3734 года велась если не «на уничтожение», то «на порабощение». Точно так же как и война коалиции Гитлера с народами СССР. Тропический «коктейль» излучений Прогиба Ува, хоть и с трудностями, но людьми преодолим. У россиянина, впитавшего методы известных ему военно-политических решений, возникает вопрос: почему ни ОК, ни союзные нам тогда хонто не «додавили» южную Коалицию до логической капитуляции, подписания мирного договора и до прочих радостей оккупации? Сил не хватало? Человеческого ресурса не достаточно было?
Нет.

___По причине этой «подключённости» и «откликаемости богов» атеизм в Уве это явление феноменальное.

___Для современных землян Ув Тшахона может считаться миром «фэнтезийным». Хотя и в технологической стадии «advanced»... Эра «стимпанка» на Континенте закончилась почти сто лет тому назад. С порохом земного типа в Уве были бы проблемы, но там изобрели свои, не менее взрывоопасные вещества. И этими веществами давно научились пользоваться, не швыряясь в драконов шарами огненных заклинаний, вынужденных ломать естественный состав газовых смесей. Это только в компьютерной графике всё выглядит легко и красиво, а в жизни огненное заклинание и убить того заклинателя шаров может. Барабанным гранатомётом оно как-то сподручнее. Тем более, что на гранатомётчика и мага выучить можно.

⥏ 家 ⥑

___Устойчивый и многоплановый мир требует перекрестия взаимопроникающих, сочленённых фундаментов. Жить можно только на плоту, в корзине- коконе из этих фундаментов. Многие философско- религиозные доктрины доходят до видения необходимости этой корзины, даже не будучи знакомыми с квантовой физикой, дойдя до ощущения этой конструкции умозрительно- контактным путём.
___В человеческой глобальной мифологии есть несколько повторяющихся сюжетов и повторяющихся предметов, важных для мироздания (и в хозяйстве). Один из этих божественных предметов – «камень-гнездо», «дерево-гнездо» и если это гнездо миф изображает мобильным, то оно превращается в «ковчег» или в «корзину». Многих пророков и героев находят в гнезде или в «корзине спасения». Переход из одного мира в другой тоже происходит по сплетёному мосту, по «связующей решётке». Образ корзины или плетёнки в роли живородящего кокона глобален потому что он – одна из видимых оболочек ноосферы.

___Замкнутая на себя плетёнка с регулярным энергетическим обменом между частями, обеспечивающим её собственную жизнь, это и есть «корзина фундамента». Конечно, внешне никакой дом- собрание не выглядит как корзинка или циновка. Так же как атом не выглядит как цветочек. Мифологическая интерпретация позволяет показывать сложные вещи примитивными моделями, уподоблениями.

___По причине слаженности этой корзины любой фундаментальный, вещественный мир изначально содержит в себе соглашения, порядки. Чем плотнее корзина динамических «полос» сплетена, тем меньше в этой корзине «дырок», позволяющих существовать зонам «хаоса», броуновскому движению приключений. Проза удобного мира в том, что он на 95% состоит из исполнения нормативных актов ^(⊗).

___Судя по некоторым прежним описаниям читатель может убедиться в том, что Ув не идентичен, но подобен миру земному. Иными словами Ув в каких-то частях, по каким-то маршрутам параллелен Земле, такой, "параллельный мир". Однако мы знаем, что согласно закону ковергенции флуктуаций (у вас оно выглядит как частность закона сохранения энергии) на одной позиционно-номинативной позиции не может существовать двух параллельных миров, сошедших «с одного конвейера», но обладающих разными именами.

___Попросту: совковая лопата – она что в Финляндии, что в Бразилии – всё та же совковая лопата. Финская лопата может быть покрупнее индонезийской, но функционально это всё тот же инструмент. В обоих географических локациях лопатой удобно грести песок и неудобно забивать гвозди. По этому всенародному знанию свойств лопаты разумные люди и полагают, что планетарный мир, в котором могут обитать люди без скафандров, вынужден выглядеть подобным Земле и болтаться где-то в глубине звёздного космоса, а не внезапно обнаруживаться прямо за окном.

___Тот мир может быть обнаружен «за окном», потому что межзвёздное пространство комоса (условно- бесконечная фигня, гасящая необъятностью объёма даже лёгкие излучения, в которой разлетаются сгустки материи) это вовсе не единственное проявление «общей корзинки». Да и в обыкновенном окружающем мире за окном есть огоромное количество вещей и связей, которые наш мозг не способен вычленить как нечто вложенное в систему связей. В прошлом веке да и поныне в южных Оёлах есть секта отшельников (полновесной религией это объединение назвать трудно) «слушающих трели птиц». Пророк этого движения утверждал, что мир меняется с каждой трелью птицы и надо прислушиваться к птицам, чтобы уловить эти изменения в мире. Выйдете в лес, слушайте разговоры птиц, приложитесь к ноосфере! Вот адепты этого учения сидят на пеньках на полянках и слушают. Казалось бы: последователи этого пророка выставляют себя идиотами, сродни дебилам. Мнение не правильное: секте принадлежит сеть не бедствующих казино. Казино в условиях Ува это штука раза в три менее устойчивая, чем на Земле. А так если посмотреть со стороны да – стар и млад сидит и птичек слушает. Что там воробышки- синички начирикают про свои пичужные дела. Послушают с утра и – в поле, работать. Потом вечером опять – вечерние песни слушать. Деструктивная секта, зомбированные рабы. То ли дело – сопромат! 

___Формалистика Ува признаёт для объяснения вероятности возможности изотопного мира понятие «набор подобий» и «разумный умысел». Первый термин неудачен, но какой есть.
___Если пытаться выразить это «облако» другими терминами, то картинка получается ещё глупее – радужная версия, изложенная ниже.
* * *
___Моё личное предисловие: мне упрощение, «радужной версии» очень не нравится. Оно «из детского садика», ни в какие ворота. Как специально придуманное для дошкольников. Вроде как объяснять сезонные изменения тем, что «зимой из харса прилетает снежное облако и от этого температура падает». Кроме того на «шести стихиях» или, в более наукообразном исполнении на «шести гранях куба» уже клейма ставить негде – такая это заёзженная версия «мира». Там уже не куб, а сплошной каркас, одни воронки от граней остались, так эти шесть квадратов затёрты. Оторвались бы от этой «священной» шестёрки со всебщей восьмёркой... По этой внутренней неприязни и объяснение сжатое. Мне не нравятся маленькие дети и объяснения, пусть даже выкопанные из каких-то Писаний, придуманные для этой категории читателей.

___Набор подобий» дает более правильное понимание того, откуда берется близкие, но непересекающееся простраства. Грубо говоря, «подобия» здесь это изотопы.

↓ ☱ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ☱ ↓

___Совершенно любое натуральное вещество содержит в себе эти изотопы в разных пропорциях. Естественная разница при организации изотопов в вещество порождает разные же конструции, состоящие, тем не менее, из одних и тех же элементов. Изотопия с полиморфизмом достаточно распространена и представляет из себя частность эволюционного приспособления.

___Самый наглядный пример проявления изотопных, гибких построений: полиморфизм кристаллов некоторых минералов, так называемая аллотропия В очень сходных условиях кристаллизации один и тот же минерал кристаллизуется в разные формы. Другой пример изотопии – эволюционная ковергенция форм. Та самая финско- индонезийская лопата, которая изобретается параллельно и независимо друг от друга финнами и индонезийцами, но – с мелкими отличиями приспосбленности к климатическим условиям Финляндии и Индонезии. Номинал один, функционал тоже, но вид немного разный. 

| Манускрипт «О пределах мира» или «Малая Анфилада». |

В манускрипте, излагающем философскую концепцию предельной организации «площадок взаимодействия» часть объяснений была утрачена и замкнутая конгрегация последователей этого шаманского культа не получила ни известности, ни распространения на Континенте. Вероятно, что кроме описания самих «уровней» были ещё какие-то части. Поэтому я излагаю только то, что относительно выяснено, благодаря исследованиям в фонде инкунабул ОКБ.

Согласно конструкции Т'шахона от «анфиладистов» он обустроен «этажами» или «залами», где во всех борется материальное и духовное. В этой общей части «анфиладисты» ничем особенно не отличаются от всех дуалистических философско- религиозных архитектурных школ расстановки сил, поэтому эту часть объяснений конструкции «мира на трёх китах» я опускаю. Чем «анфиладисты» могут удивить, так это концепцией «вынужденности построений». Их силы не борются друг с другом на уровне отдельного человека, а выстраиваются чередой из ряда связанных «комнат», где Порядок уступает Хаосу ступенчато, потому что «таковы законы мироздания». Технология перехода из одной комнаты в другую, видимо, объяснялась в той части этого тайного учения к которой у нас (и у меня) нет доступа. 

Ув это примерно поровну отчуждаемой технологии (герит) и наследуемой магии (мбенд). За Увом есть единственный устойчивый мир-состояние, названное в теории «Янц». Что означает это слово из манускрипта не ясно. В этом Янце большинство сил принадлежит неотчуждаемой магии. В земном понимании Янц это мир рабов, мир приручаемых животных или «эволюции умений». Отчуждаемых от владельца технологий в этом Янце почти нет или их использование сопряжено с такими сложностями, что они там не развились.

Далее, за Янцем следует мир-состояние и именем Шат, пребывающий в метастабильности: он занимает огромный объём, постоянно распадаясь и собираясь вновь. Борьба неотчуждаемых и наследуемых сил там такова, что Шат, если проводить физические аналогии, должен напоминать туманность. Шат неустойчив и очень жаден: он все втягивает в себя в стремлении обрести стабильность, но ничего не отдаёт.
Вероятно, что концепция существования позиции Шат была некогда воспринята и на Земле, потому что Шат обозначается визуально так же как и символ взаимоперехода Инь-Яня (здесь – не так, чтобы с толку не сбивать).

За «Шат», по этой череде плотностей, есть только мрак и конец шкалы организации, бесконечный и бессмысленный Хаос (на приводимой схеме его нет). Этот Хаос называется в манускрипте Оху-Ён. Я понимаю, что такое название звучит для русской культуры «здорово», но это имя понятно и переводится даже с современного тевсь как «конец бытия» или «конец жизни», что говорит само за себя.

В другую сторону от балансирующего «между четырёх сил» Ува в череде Тшахоне «располагается» то, что вы называете Землёй. Ваш мир это масса отчуждаемых инструментов, произведённых по шаблонам. Идея «священной» отчуждаемости всего, чего угодно у вас проявлена даже в религиозном аспекте: после смерти души отлетают в некое общее хранилище, а там бог уж разберётся, куда кого класть.

Следующий по сжатости мир-ступень по этой схеме это плотность, где неотчуждаемой магии быть почти не может. Назван в «Манускрипте» Реол. Ваше любимое «всё продаётся, всё покупается» в той плотности – норма. Видимо в Реоле правят кладовщики и прапорщики. И бог тамошний такой энергичный прапорщик. 

Квартет ступеней Янц- Ув- Эрд- Реол составляет кластер, стремящийся к динамической интерференции позиций, но чем-то расталкиваемый. Есть сходная гипотеза с того края света (тварки, наверное, придумали) которая оперирует понятием «зернового кристалла» Тетраэдра. И потому что у этого Зерна четыре грани, то, значит, он – Первокристал. Тварки на кристаллах помешаны. Начни поклоняться Первокристаллу и переезжай в дурдом, отделение для убогих ошаргов.

Далее по плотности у «анфиладистов» нарисовано нечто, называемое Джинт, без объяснений что это. Я, по крайней мере, уверенных объяснений не нашёл. Предполагают, что это «душа звезд». Такой сжатое и потому, от избытка чувств, распространяющее во все стороны. Вроде как пульсар.
Следующая ступень, последняя, это опять абсолют, но уже такой, сверх-избыточный. Вроде как «сверхумный сверхбелый сверхкарлик». Думаю, что сами «анфиладисты» на этом этапе информационного погружения в лучи мудрости массово сошли с ума и всей компанией утопились ближайшей луже.

Чтобы закончить свои дни не так печально лучше рассматривать схему «облака» на светлую голову и недолго. Этот сверхплотный непойми кто (или что) распространяет свои эманации непостижимой мудрости на все миры и только до Оху-Ёна не дотягивается. «Стремитесь к получению от него весточки! » Дуалистам в дурдоме, до востребования.

Ещё есть пара-тройка внятных версий связки Земли и Ува в Тшахоне, менее «возвышенных». Эти версии тоже, мягко говоря, спорны, но на них труднее повернуться в дауншифтинг ума.

↑↑ МОДУЛИ УВА ↑↑

↑ མགོ་བར། ↑ ▫ ⥏ 家 ⥑ ▫ ↑ དཔེ་དེབ། ↑

| КЛИМАТЫ УВА |


Как уже было отмечено, климатические пояса Ува значительно сильнее зависят от высотной поясности, нежели земные. Ещё более необычное влияние на климат Континента оказывает повышенная температура тонких участков приповерхостного слоя литосферы, создающая, в том числе, слабый, но постоянный терригенный восходящий поток газов, который, в свою очередь, препятствует свободному горизонтальному перемещению воздушных масс над низинами и мелкогорием. Наибольшую часть поверхности Континета составляют холмистые равнины разного генезиса, за исключением нескольких областей протяжённых низин и высокогорных провинций. Суммарное тепловое излучение, как от излучений Ошона теплового и околотеплового спектра – сверху, так и восходящее - от поверхности почвы в приразломных зонах «истончения коры», вкупе с выбросами разреженных глубинных газов в зонах открытого вулканизма вызывают «парниковый эффект», оказывающий влияние на пространства всего Континента.

Для облегчения понимания того, каким образом возникает этот «тепловой пресс», представьте, что вы - практичный человек, сочетающий ход познания нового с полезным результатом.

Нечто подобное можно наблюдать над свободными ото льда земными водоёмами зимой или поздней осенью в умеренном климате. Воздух, насыщенный влагой, в свою очередь, обладает большей теплоёмкостью нежели сухой газ, не удерживающий в себе молекул воды. Такой подвешенный над погреваемой низиной аккумулятор тепла «притягивает» восходящий по сторонам «облачной шапки» воздушный поток. Над нашей «кастрюлей» возникает область слабого тока газа вверх, притягиваемого со сторон открытой системы. В микроволновой печи есть потолок и этому восходящему газу невозможно «улететь» вверх. В природе этого близкого потолка нет, но чем выше поднимается газ, насыщенный захваченной влагой, тем меньше он зависит от тепла, отдаваемого «паровым аккумулятором» наружу.

Достигнув высоты в пару километров воздушный «фонтан» охлаждается настолько, что несомый пар конденсируется и превращается обратно в водяные капли. При разовом нагреве над областью прогрева возникло бы одинокое кольцеобразное облако, напоминающее облака, которые зависают над вулканами. При постоянном же подогреве, над зоной повышенной теплоёмкости висит пополняемый слой таких «облачных колец». Из этих колец (при лабораторном отсутствии ветра) на низину и её окрестности постоянно сыпался бы мелкий дождь. Говоря научным языком на окрестности «тёплого пятна» выпадали бы возвратные осадки. Если присоединить к этой картине вертикальное «ленточное» смещение газовых масс , то мы получаем вторую очередь «конвейерного» гомеостаза – облачный «фонтан», возвращающий выпаренную воду в бассейн теплой низины. При этом высушенный, облегчённый от молекул воды, воздух  взлетает ещё выше. В земной школьной программе подобный «фонтанирующий» конвейер называется механизмом «круговорота воды в природе».

⥏ 家 ⥑

Однако так просто всё не кончается.

Над зонами избыточного нагрева снизу наиболее прогреваемый Ошоном слой это верхняя облачаная граница. Тепловое излучение Ошона сверху, с неба, почти не пробивается ниже облачного слоя, «застревая» в нем и отдавая ему своё тепло. Это тепло избыточно для облаков и оно вызывает расширение влажных кусков воздуха. Так над зоной повышенной концентрации влаги возникает область постоянного расширения, буквально «разносящая» облака по краям испаряющей впадины. Над кастрюлей, поставленной на огонь в при коматной температуре такого явления наблюдать не получится – пар уходит вверх не конденсируясь. Можно попытаться спародировать самогонный аппарат и прикрыть кастрюлю холодной крышкой, но даже кондесирование воды из пара на этой крышке не покажет подобие искомой картины.

Нечто подобное описанному явлению можно моделировать, если нагревать емкость с влажным материалом кварцевой лампой или другим источником излучения вертикально сверху. Сходное с этим атмосферным разносом явление возникает, если пытаться поджечь сырую бумагу с помощью линзы, концентрирующей лучи планетарного светила. Всякий следопыт или охотник знает, что при таком нагреве сначала из нагреваемого участка бурно испаряется влага. Это завихрение пара, истекающего не ровно, а спиральными завитками, некоторое время мешает концентрировать световое пятно на целевом нагреваемом участке, «гася» фокус. Ещё сходное явление возникает под утюгом, когда им «отпаривают» стрелки на брюках. Расширяющийся от нагрева пар разлетается в стороны всегда изогнутыми лентами - такова его пространственная природа. В планетарном масштабе эти нагреваемые изнутри спирали перемешиваются, выстраивая сплошную «циновку» облачности, перекрывающую тепловое и, частично, прочие длины излучения Ошона на значительном удалении от зон повышенного испарения.

При такой «обложной облачности» внизу, под слоем туч, сохраняется влажная, но прохладная атмосферная среда, простирающася на многие сотни километров за пределы «утепляемых» участков литосферы. Поэтому зона умеренного климата покрывает соседние широтные пояса континентального Ува, формально лежащие в областях субарктического и субтропического поясов. В арктическом поясе «потолочная циновка» задерживающих излучение облаков истончается и пропадает, позволяя Ошону нагревать поверхность Ува даже в тех районах, где имеется низовой магматический подогрев.

⥏ 家 ⥑

Кажется неслучайным, что залив Маракайбо находится на Земле очень близко к экватору, фактически - в зоне действия «Шрама престола» (Итыла). На Уве Кольцо воспринимается как часть божественного умысла и как естественная часть природы. ЭК оказывает опосредованное влияние на прилегающие к нему области субэкваторального климатического пояса, особенно в периоды своего синусоидального качания. Прогиб это не нечто статичное, обернутое вокруг Ува. Он смотрится со стороны как исполинская мерцающая занавеска (отсюда и историческое название) и представляет из себя не сплошную  и ровную область экваториального «диска», но динамическую цепь электронасыщенных областей.

Субэкваториальные климатические условия континентальной части Ува несколько суше их земного аналога и больше всего напоминает климатические условия Танзании. Прибрежные же зоны субэкваторального пояса, прилегающие к южному океану, сильно напоминают Индокитай.

Экваториальный климатической пояс на Уве весь пересечён Прогибом-Кольцом и не похож ни на что земное. Морской вариант всех климатических поясов Ува отличается от земного аналога повышенной влажностью и частыми ветрами. Южный субарктический и арктические пояса раза в два шире северных, континентальных аналогов, хотя температура воды здесь теплее, что препятствует широкому разносу плавучих льдов и айсбергов. В южной части Южного моря (океана), в умеренном и субтропичесом поясах, находятся несколько островных архипелагов. Хотя такое уничижающее определение и спорно... Возможно следовало бы назвать их «притопленными материками», но привычное определение - архипелаги.

Климат островного конгломерата Шин Хо, состоящей из вытянутых в широтном направлении нескольких крупных островов, относится формально к субтропическому климатическому поясу, но фактически здесь властвуют воздушные массы умеренного климата. Отличие «островного варианта умеренного климата» от континентального типа в том, что над островами воздушные массы перемещаются быстрее, чем над континентом, что препятствует, в ряду других факторов, возникновению сплошного «облачного одеяла». Материк- архипелаг восточного полушария - Годаи (Идаи) так же более подвержен атакам горизонтального перемещения воздушных масс, каковые ветры «срывают» с его суши сплошной облачный покров. На северном массивном архипелаге восточного полушария, на Унава, наличествуют особенности местного климата, связанные, видимо, с пепельным загразнёнием прилегающих воздушных масс «открытым» экваториальным вулканизмом.

⥏ 家 ⥑

| ЗАПРЕТЫ УВА |

Во всем обитаемом пространстве Тшахона в государствах, подписавших последнее трансконтинтальное антитеррористическое соглашение 3973 г. (ТКАС 74), действительны несколько международных запретов, соблюдение пунктов которых отслеживает Совет Мудрецов Континента.

Все названия и сокращения я перевожу на русский условно, по аналогиям – чтобы звучало удобнее для восприятия. Соглашение это не называется «антитеррористическим», скорее антимагическим; следящий орган состоит никак не из «мудрецов» – там чиновники; наказание за нарушение запретов не формальное, а скорее напоминает методы работы Интерпола. Статей транснациональных запретов – около десятка и большинство из них касается прикладных научных изысканий. Конечно, все «подписанты» эти запреты нарушают, но – за плотно закрытыми дверями. 

Одно из давних, на протяжении нескольких столетий подтверждаемых ограничений, это запрет на подробное картирование местности и на точное изображение лиц живых разумных. Для научных целей такого рода изображения нужны, поэтому запрещение надо было бы правильно переводить как «уложение о прерывании», διακοπή εικόνας. Этот запрет действует в Тшахоне, а не только в Уве и, можно считать, что распространяется и на земную культуру. Подчинённостью этому запрету в России объясняется бьющая в глаза неточность карт, выпущенных обществами геодезии, географии и картографии РФ. 

Примерно так же и в ОК нельзя выпускать или строить карты, точно отображающие местность. В создаваемые карты, планы местности, портреты лиц живых людей требуется привносить «стиль искажений», что-то вроде алгоритма помехи, кодирования части данных. Карты, выпущенные без этих искажений не допускаются в общественный доступ. Запрет настолько серьёзен, что даже в армейских штабах (да и в первую очередь в штабах) пользуются картами и планами с уже нанесёнными искажениями. Привыкшим к существованию этих помех мозгом они автоматически отмечаются и отбрасываются, непривычным же воспринимаются как настоящая часть местности. Глобус и атласы всего мира обязательно содержат участки суши, которых де-факто на площадях Ува не существует. Такого рода масштабные нарушения есть и на бумажной карте (атласе) России, выпущенной в печать внутри страны в 2018 г., где отмечены как насыщенные жизнью давно мёртвые посёлки. Такая же «дьякопи иконаc» (чалома) действует на Уве относительно широко тиражируемых портретов пока живущих людей. 

Подобный антимагический запрет есть и в земной культуре, предупреждающей создание объёмных манекенов, кукол или статуй людей в натуральную величину, выполненных с соблюдением всех пропорций тела. В границах Ува работают разные магические приёмы, связанные с изображениями. Часть этих магических приёмов и общественно- опасных практик преследуется по закону в уголовном порядке. Похожий запрет, признаваемый как шаманическими сообществами так и широким формализмом, принятым в ОК в качестве государственной религии, распространяется на названия исторических местностей и даже отдельных вещей. Согласно этому правилу «переписывания имени», принятому во многих культурах Ува, для одной и той же горы, реки или города должно сохраняться несколько одновременно актуальных названий. 

Очень похожий запрет распространился и на многие земные культуры, явно вассальные ареалу влияния эфира Тшахона. Так во всех авраамических религиях запрещено «упоминание имени Г-да всуе». В бюрократических культурах есть различия полных имён людей и их кратких форм, практикуется несколько лексических пластов для обозначения одного явления разными словосочетаниями... Нельзя так просто и коротко сказать с высокой трибуны: «мы раскидали часть денег из бюджета по банкам», но говорят «средства освоены».

↑ མགོ་བར། ↑ ♦ ⥏ 家 ⥑ ♦ ↑ དཔེ་དེབ། ↑

| РЕСУРСЫ УВА |

    В прошедшей войне, ставшей, на удивление, лишь второй мировой войной Ува, было мало глупостей, что сразу отталкивает читателя, ждущего от истории дураков для умозрительных экспериментов над ними. Более того и героизм в ней был какой-то вынужденный и противоречащий приказам. Сейчас, более двух десятков лет спустя, можно попытаться собрать различные «точки зрения» и трезво проанализировать причины этого столкновения коммерческих, государственных и национальных интересов, перешедшее, по фон Клаузервицу, в «продолжение дипломатии».

~*~
    Изначально, ещё за пять-семь лет до обмена разрушительными стратегическими ударами, речи не шло об обширных военных действиях на общем Континенте. Средние десятилетия прошлого века ознаменовались устойчивым ростом научных достижений, внедряемых в производство и производимых на основе этих достижений товаров, создающих шок комфортабельности.

    Впереди всего Континента по прикладной стороне научно-технического прогресса , «попирающего древние заблуждения и отбрасывающего их на свалку истории» уверенно шёл Союз Хонто, правители которого сумели выпестовать плеяду выдающихся учёных, исследующих материю в разных областях. Университетское образование стало признаком высокой доходности при использовании умственного труда. Дальновидная государственная патентно-правовая политика создала в Хондурахсе условия, выгодные для внедрения инноваций. Наука в Хондурахсе стала обогощать тех, кто ею занимался не единым государственнм жалованием, но выводиться с продаж товаров и услуг, которые использовали достижения этих умов, что возвысило в глазах народа привлекательность занятий наукой. Родители в середине прошлого века, когда высочайшей подписью были утверждены эти патентно- коммерческие законы, стали направлять своих чад на получение высшего технического образования. Превосходство западной империи  над ОК было выстроенно благодаря патриотизму и провидческому упорству кружка Улева Тонура - тогдашнего министра посвещения эстатиона, сумевшего убедить императора в полезности принятия предлагаемых кружком законов.

    Вследствии принятия этой программы спонсирования образования вместе с законами, защищающими интеллектуальную собственность граждан эстатиона (не «Штатами» же их называть) в пятидесятых годах прошлого века области хонто стали насыщаться всевозможными опытными площадками, лабораториями, стартапами, получающими государственную поддержку и гарантии стабильности на фоне бедных аграрных окраин, остро конкурирующих друг с другом. За внедрение опытных образцов в производство государство тоже доплачивало, освобождая эти предприятия от налога «на серость», достаточно спорного и вызывающего ропот, но - глухой ропот. Потому что «идея-то хорошая». Одновременно, дополнительными актами, в империи хонто было выкорчеванно легальное посредничество между рационализаторами с дипломами и их работодателями со связами. Проваливающиеся проекты амортизировались рассрочкой выплат по искам с возможностью покрытия расходов на эти провалившиеся эксперименты через государственные займы.
   Имперская Канцелярия сказала молодым химикам, физикам, биологам, механикам империи «Занимайтесь тем, к чему у вас есть способности без оглядки на то, что вам нечего есть. Отныне и здесь ваш достаток - в ваших руках, управляемых вашими мозгами!»

⥏ 家 ⥑

    Историки и социологи спорят об «истинных причинах» этого западного Рывка, но часть их склоняется к мнению, разделяемому и мной, что основной мотивацией для Рывка был ряд психических отклонений смешивающихся народов хонто, вызваших требования к повышенной нервной комфортности. Смешавшись на уровне властительных родов, хонто стали чувствительнее и даже где-то болезненнее своих разноплеменных родителей. Такое предположение подтверждается тем фактом, что первые научные достижения, получившившие широкое распространение как в империи хонто так и за её пределами, но производимые на заводах запада, были бытовыми.

    Это хонто в шестидесятых-семидестых годах раскинули по своей империи сеть «чёрных дорог», автобанов, по которым покатились как бензиновые, так и газовые, а затем и смешанно электрические автомобили. Это хонто первые на Континенте стали производить зубные и вживляемые протезы, открыли первое производство  контактных линз еще в 3955 году. Это они же, двумя годами позже, научились наращивать микронные «вечные» полимерные покрытия на металле. Нечестно было бы утверждать, что рывок в прекрасное техногенное будущее работал только на богатых. Первый аграрный мотоблок выехал из «сборочного сарая»  в 3960-ом году. Первая искусственная вычислительная машина была создана в империи хонто ещё до Рывка, но первое полуавтоматическое льняное производство, управлемое подобной ЭВМ, было запущено в 3962 году от РК. Первый электронный микроскоп был включён в 3978, первый опытный реактор на уране в качестве разогревающего элемента, был построен ещё в 3935 г., но первый энергетический блок на урановых стрежнях был запущен в Кимакире в 3971 г.

    Тут следует пояснить, что уран среди народов Ува и в странах хонто известен с незапамятных времён  как «дрожащий» или, в другом понимании, если переводить название, «мохнатый висмут». Это старое определение элемента «собственного нагрева» связано со способностью к восприятию радиоактивности народами Ува и с ослабленными, относительно земных, контактно- окислительными процессами. На радиоактивных рудах в областях их окисления в Уве нарастает «щетина» биогенного, как считается на западе и кьяногенного, как считается на востоке, генезиса. Подобные плёнки-наросты увянских побежалостей есть не только на тяжёлых металлах, но характерный «мохнатый» вид урана и его относительная распространённость среди редкоземелов и определила ему такое название. Кроме такого «мохнатого» вида у урановых руд, попадавших в расплав,  есть раздражающее сельских металлургов качество: они даже в небольших количествах портят старую заготовку, не уходя в шихту, но делая заготовку непригодной для ковки. Металлурги Ува не любили уран, так же как металлурги и кузнецы Эрдо не любили кобальт, а старатели Гишпании отбрасывали из лотков раздражающую их тугоплавкую платину. С «мохнатым висмутом» и с приплавами из прочих радиоактивных металлов связаны некоторые виды хунейской магии «ижанчи- странников», что тоже популярности этому элементу для проведения с ним экспериментов не прибавляло. Поэтому занимались внедрением ядерной энергетики даже хонто, слабозависимые от сильных этномагических школ, с повышенной опаской.

    К концу прошлого века разогнанная научно-техническим прогрессом промышленность хонто стала ощущать дефицит энергетического ресурса. В землях хонто есть уголь, даже коксующийся; на шельфовых границах есть жидкие углеводороды; хонто построили несколько каскадов ГЭС, но гидрологический объём водяного потока в странах эстатиона хонто низок. С начала восьмидесятых годов прошлого века хонто пытались увеличивать мощность ядерных реакторов, часть из которых работала, что непривычно для Эрдо, на разгоняемых элементах.
    Обыкновенная, привычная вам схема работы ядерного реактора, это упаковка урановых стержней, ТВЭЛ-ов с помещённым между стержнями наполнением «замедлителя» реакции, поглощающего энергию радиоактивности стержней, нагревающегося от поглощения испускаемых частиц и раскаляющего «котёл». Вся эта борщевая конструкция разогревает воду до перегретого пара, уже пар вращает лопасти электрогенераторов, потом охлажаетеся до воды, льётся обратно в трубки «котла» и цикл кипячения повторяется. Таким котлом можно разогревать любой охлаждаемый теплоноситель, что иногда и делается. Можно разгревать и кипятить любой жидкометаллический расплав, можно, если требуется, масло, полимеры, газовые смеси...
    Воздушно-реактивный «толкатель», прозванный  «волторной», был построен как один из первых образцов компактных ядерных двигателей, но выяснилось его низкое кпд и сложность в управлении. Колебательно- реактивный двигатель для использования в жидких средах, использующий ядерный нагрев (в просторечии «фыркун») был построен на верфях Химмеля в 3978 году.
    В статичном «котле» есть излучающий элемент в таблетках, в стержнях или в уравновешанных пакетах (может быть и не уран), нагреваемые жёстким излучением выбрасываемых «лишних» нейтронов ячейки и мобильные замедлители. Топливо выгорает нейтронами, как любое топливо, превращаясь из обогащённого урана в необогащённый, слабый. Чтобы не терять эти достаточно дорогие «таблетки» была придумана технология их вторичного обогащения, с «дожиманием» несорвавшихся нейтронов. Фактически реактор на разгоняемых элементах это центрифуга для осаждения сверхтяжёлых элементов. Она тоже способна не только поглощать, но и вырабатывать энергию.

    Помимо таких наукоёмких источников энергетика хонто пыталась пользоваться даже ветроэлектростанциями, в том числе ветряками вертикального потока. Выраженных приливов и отливов на Уве нет по причине отсутствия аналога Луны. Есть качание уровня моря, похожее на приливы в прикольцевой зоне материка, но хонто не посчитали это «качание» возможным для толкового применения. К девяностым годам прошлого века энергетический голод в промышленности хонто стал проявляться настолько масштабно, что возникло даже несколько проектов попытки «добуриться до магмы», что в Уве не так уж невероятно. Энергию магмы и вулканов Ува использовать можно, но на Континенте «щелевой» вулканизм слаб и большая часть энергии магмы природно распределяется по тектоническим площадям. Активный «тонкощелевой» вулканизм есть только в  областях «следа Итыла» и на той стороне океана – на островах Шин Хо и «недоматерике» Унава.

⥏ 家 ⥑

    Попытки колонизации северной части архипелага Годаи - Унава окончились образованием «с той стороны» океана, в северной его полусфере, ряда государств, которые себя с хонто не ассоциировали. В силу слабопонятных в Эрдо психологическо-расовых нестыковок договориться с этими «потусторонними» государствами «по хорошему» об использовании их «тектонического ресурса» хотя бы для исследовательских целей не удавалось – любые предложения встречал офронт.
    Ещё в середине восьмидесятых годов прошлого века экспедиционный корпус хонто смог высадиться «с той стороны», организовав масштабную десантную операцию. Этот смешанный десант ВМФ и ВВС имперских хонто смог закрепиться на нескольких ранее уже аклиматизированных «ага дечаде» островов внешнего Унава. Причиной этого десанта было официальная «просьба о военно-технической помощи» после то ли крупного извержения, то ли для восстановления «от нападения варваров». Высадка на Внешний Унава это - мутная история, но в итоге этого «перехвата» у хонто в руках оказались заморские территории с активным вулканизмом.

    Исследования магматического ресурса этой области показали его потенциал, но у практиков сразу возник тяжёлый вопрос: как эту энергию перекачать на Материк? Подводные океанические кабели или трубопроводы на Уве - дело трудоёмкое и почти невозможное по ряду понятных причин и, до недавнего времени, по ряду причин «не поддающихся научному объяснению». Можно было бы «брикетировать» топливо, конденсировать его на месте и возить по океану. На Земле возят же танкерами нефть-сырец, а теперь и сжиженный баллонный газ... Проекты освоения вулканизма рассматривались на госудрственном уровне, но были очевидно сверх-затратными на этапе постройки перерабатывающих «вулканическую энергию» мощностей.

    К технологическим сложностям прибавлялись и естественные опасения по обеспечению для всего предприятия бесперебойности работы. У эстатиона хонто, «рванувшевого в будущее», было несколько давних ревнивых конкурентов, среди которых главными были, конечно, два главных «добрых соседа» по Континенту – Королевства центра Континента и восточная Конфедерация Хуни.

    Упрощая сложность визуализации  для иномирного читателя: есть такой параллепипед флага Континента, разделённый на три вертикальных полосы-державы как флаг Франции: левая, западная, голубая полоса, это зона влияния эстатиона хонто; центральная белая полоса – зона влияния ОК; правая, восточная, красная полоса – зона влияния Конфедерации хуни. И все эти полосы не очень любят друг друга... А ещё есть непонятная и очень закрытая, но, по редким проявлениям, развитая цивилизация талассиков из Годаи, культура «закольцевого» архипелага Шин Хо и ряд более мелких, но тоже государственных образований «не вполне людей».

    В восьмидесятых-девяностых «синяя» полоса с «белой» полосой пребывали в «мирном сотрудничестве», но договорились эти полосы-государства не обо всём... Граница между белой полосой и синей в конце прошлого века больше всего напоминала изогнутую кривую деталей конструктора графических головоломок «Лего». Основная конкуренция между влиянием «дотационных льгот в торговле» от Королевств или от Хондурахса шла за аграрно-степные области Ясс и Шарнана, но множественные полезные ископаемые Панит тоже вне внимания консорциумов с обоих сторон не оставались.

    Наземной границы между красной полосой хуни и хонто не было, что, как казалось, разряжало обстановку. Граница ОК с Конфедрацией была более ровной, хоть и не без «выемки» массива Цаса, на которую горную «планету» хуни претендовали многими веками. С хуни хонто контактировали, но никаких помпезных договоров «о дружбе и сотрудничестве» не заключали. В таких договорах не было нужды, кроме договоров о свободе мореплавания. Такая взаимная слепота, переходящая то в презрительную улыбку, то в студенческое любопытство, сохраналось до того великого дня, когда на заседании узкого кабинета парламента Хондурахса (тайного совета) не был принят к рассмотрению проект освоения энергии Экваториального Кольца. К извечному счастью хонто их часть Континента не контактирует с Прогибом, потому что это «чудо» из разряда тех чудес, которых лучше не касаться. Но энергетический голод способен перевернуть любые представления о том, что приятно, а что ужасно, что полезно, а чего следует избегать любыми силами.

⥏ 家 ⥑

    С середины девяностых годов, точнее с 3996-го года хонто стали искать подходы к Прогибу с целью его скорейшего освоения своей передовой наукой. Формально для такого технического освоения нет препятствий. Устройства для использования атмосферного электричества производились даже на Земле, хоть и не в промышленных масштабах. На Земле пока хватало леса, торфа, угля, нефти, полноводных рек для того, чтобы держать изобретателей устройств для «доения гроз» на расстоянии от серьёзной науки. На Земле почти нет областей с постоянным грозовым фронтом, земная гроза эта та коза, которую надо сперва поймать и только потом пытаться доить. На Уве такая коза есть, всегда на виду и проект «Тман и Шаангаара» был не первой попыткой подоить это Небесное Вымя, на что и указывает его «тайное» название (открытое название было под номером: приказ о разработке от такого-то числа).

    В западной культуре был такой легендарный витязь Тман или Доман, который влюбился в богиню, которую можно сравнить с Афродитой. Впав в пагубное притяжение к этой «сестре Афродиты» он пообещал принести ей венок, от которого она не сможет отказаться, став навеки его. Сестра Афродиты грациозно усмехнулась, Доман сел на четырёх гончих хауров ( вот, должно быть, раскорячился-то... ) и те понесли его на границу  «шестнадцатого царства», где начинается «другой мир» из которого можно оторвать слойку Кольца. Не целиком снять, а «недельку» отстегнуть. В этом «другом мире» Тман, поблуждав и поосвобождав мимоходом тамошних жителей от гнёта драконовых прихвостней, бился с их царём, как витязю и положено. Победив этого царя-дракона в честном поединке на кулаках, витязь приказал побитому им царю отнести его в то место, где режут Прогиб на кольца как колбасу. Царь-дракон согласился (а куда ему было деться?) и оттащил Тмана на небесный этаж, где Прогиб выглядит как маленькие колечки на полу – бери сколько хочешь! С одним условием. Кто возьмёт себе такое колечко, тот должен удовлетворить сестру-хозяйку этого этажа дивного неба своими плясками с этим колечком на том пальце, которым сестёр-хозяек удовлетворяют. Отказаться нельзя, иначе сестра-хозяйка, на языке которой это колечко лежит, захлопнет пасть и искателя колечек скушает. «Шаангаара» означает что-то вроде «разинутая пасть».
   Делать нечего: Доман взял колечко (хотя колечко - не венок), надел его на инструмент и стал удовлетворительно плясать с Шаангаарой. А она возьми да и обернись в изнеможении Домана той богиней, которая сестра Афродиты. И колечко сняла с инструмента сами понимаете как. Блистательный Тман тут же на месте, придя в бешенство, себя оскопил, а сестра Афродиты, усмехнувшись, нырнула в океан. И там это колечко у неё иногда светится.

●●
II
    Озаботившись проектом поддаивания «грозы планетарного масштаба» хонто сразу полагались на технологическое превосходство, предложение бартера технолгий и дипломатию. Щётки- накопители предполагалось размещать на суше и заряжать элементы на фабриках «не отходя от козы». Или тянуть от заводов- электромельниц кабели, напоминающие ЛЭП. Океанические платформы и средства придонной транспортировки на морских глубинах на Уве обладают признаками авантюры.  Как уже было сказано, территории под влиянием хонто доступов к частям ЭК, приближающимся к уровню океана и обитаемой суши, не имеют. Требуемый для последователей Домана доступ к Экваториальному Кольцу возможен только с пяти географических «площадок» (с востока на запад): центральный Годаи, архипелаг Ама, Южный Дент, плато Жервеш, он же -  Остров и острова- скалы Алерда.

    Острова Алерда (название принято только в ОК) в южном океане это архипелаг «вне зон влияния», известняково- базальтовые купола без разведанных источников пресной воды и без постоянного человеческого населения. На разведанной части этих островов обитают гигантские тлаксаво и ещё ряд экзотических животных, обходящихся без источников питьевой воды. Условно- определяемый регион «Центральный Годаи» это труднодуступная область активного вулканизма, буйной растительности, недоступный для колонизации с людьми Континента. Оставшиеся три точки подхода к Прогибу лежат в зоне влияния или хуньяде или претендующих на эти области чандо (зона власти ОК). Население архипелага Ама расово относится к хунейской общине, с некоторыми эволюционными отличиями. Наиболее очевидные точки выхода на зоны контакта – полустров Дент, и так называемый Остров, населённый, преимущественно, урамбу.

⥏ 家 ⥑

    Исторически сложилось так, что Остров Урамбу, если пытаться адаптировать названия для землян, лежащий почти напротив южного побережья зоны влияния хонто, самими хонто не колонизировался и лежит в «договорной» зоне влияния ОК. Сам Остров Урамбу это – значительная территория, только называемая Островом или Полуостровом, а площадью и морфологией сравнимая с Гренландией (вместе с полярным архипелагом). Этот Остров соединён с Континентом мелководным проливом, аналогов которому в земных условиях почти не найти. «Парящий над окрестным океаном» пролив немного похож на Доггер-банку Северного моря или Большой Австралийский риф. По неокеаническому, мелкошельфовому дну этого пролива можно проложить кабели – глубины здесь местами озёрные, от нескольких метров до десятков, с редкими глубокими впадинами. Наиболее обширный выход с Континента под Кольцо – покрытый джунглями вперемешку с верховыми резкими пустынями полуостров Дент. Электрическая или резкая пустыня или по местному, в более или менее понятной на слух транскрипции «силен», «тилиен» это области, где «энергию с неба» можно «черпать подолом».
    Наиболее логично, если не знать геополитических деталей, озабоченным хонто было бы пытаться «освоить» Дент, но беда в том, что Дент уже освоен. И освоен он теми, кто никакой «любви» ни к западным хонто, ни к восточным чандо не испытывает. По части Дента проходит широтная граница между южной частью Провинции ОК, республикой Сагне и прилегающим к ним свободным Обществом Хиуске с южным «государством» Эхяхоя. В реальности это название чтобы русским произнести это - горло сломать, поэтому приведённое звучание – адаптация одного из самоназваний того образования, где живут потомки «красных хуни». Не смотря на «лёгкое имя», Эхяхоя не коммуникабельна. У автохтонных жителей южного Дента весьма своеобразное понимание государственных договорённостей и экзотическая психика. До недавнего времени на зону обитания этих эхяхоев никто всерьёз не претендовал. Наоборот, это эхяхои пытались вырваться из под Кольца. Дент по суше граничит с Шопом, от которого на запад лежит «море- озеро» Памба иначе говоря - пролив плато Жервеш, он же - переход на Остров. Вся эта обширная прибрежно- кустистая область, перводя в земные понятия - протекторат ОК.

    Нацелившись на Кольцо, хонто попробовали договориться о сотрудничестве с расово-близкими ачина (чандо) - с жителями Королевств. Знатные роды ОК и регенты, определив дефициты хонто, поставили условия, вкратце выражающиеся в формуле: «Мы вам – выход на Дент и урамба, вы нам – часть Панитов (с Кидонией) и хлебные степи. И не надо нам ваших технологий – сами с усами». Хондурахс задумался в условиях цейтнота. Цена была выставлена высокая. Оказаться по священному договору с энергией (которую ещё надо освоить, конвертировать и переправить опять же по путям сообщения от ОК), но без хлеба и без обширного животноводства, да и с квотами на добычу полезных ископаемых – сомнительный выигрыш. И Совмин Хондурахса принял в разработку альтернативный проект «восточного» доступа к Кольцу – через договорённость с островным государством Ама, лежащим в зоне интересов цивилизации хуне.

    Если оценивать решение собора регентов исторически честно, что ни в какой человеческой культуре не привествуется, ОК пытались этими «встречными предложениями» убить даже не двух, а трёх зайцев. При освоении участка Кольца над  Дентом хонто были бы вынуждены не договариваться с Эхяхоя, с которыми договориться пока ни у кого не получалось, но вдвигать туда охранительно-колонизаторские силы, попросту – ограниченный воинский контингент. Это северная часть Дента контролируется ОК и республикой Сагне ещё со времён прошлой войны, а южная - независимая. И никому не дружественная, самодостаточная. Технику, которую можно было вдвинуть в гиблые электронасыщенные области хонто могли произвести, учитывая, что уже в восьмидесятые полугосударственные корпорации хонто разработали и испытывали герметические батискафы-тягачи, в просторечии называемые «черепами» или «морскими танками», которые были предназначены для освоения шельфовых месторождений в основном - углеводородов. Эти «глубоководные танки» хонто демонстрировали на выставке-ярмарке достижений своей передовой промышленности в Нэйде, что доказывает, что технология их производства уже к началу девяностых вышла из-под грифа секретности. Хонто могли двигаться по поверхности Ува на Дент или под прогибные части Острова, не говоря уже о подземной проходке.

    Отступления для землян: «морской танк», точнее – донный тягач, никакую гусеничную машину внешне не напоминает. Больше всего он похож на динозавроподобные «шагающие танки» империи Дарта Вайдера от Джорджа Лукаса или на «Пульсар» от Atari (но без возможности летать). Имперские «танки AT-AT» выглядят нелепо в  пустыне, в атмосфере с нормальной или разреженной плотностью газа, но в плотной воде достаточно функциональны, хоть и тихоходны. Бить спринтерские рекорды скорости от этих машин не требуется, в них главное - автономность, возможность жёсткой фиксации на дне и несение живого человеческого экипажа в чуждой ему аквасфере. Подобные батискафы возможно перепрофилировать для наземных операций, конечно, при наличии охранных конвоев в партизанском окружении: в тактическом плане шагающие машины непроворотливы и пока не могут активно оборонять сами себя. 

⥏ 家 ⥑

    Архипелаг Ама, колыбель драконов- купольников, лежит преимущественно под Прогибом, причём часть его - под сдвоенным центральным тыльным ободом, переходя в южное полушарие. Население Ама не оригинальное, но скорее колонизаторское, приплывшее, преимущественно, с севера, хоть и оказавшееся на островах давно, уже там адаптировавшееся. Когда и кем было истреблено старое население «материковой» Амата и почему оно дало себя истребить – неизвестно. За способность выживать на местности с  высокой электрической насыщенностью атмосферы жолу (амиады) «заплатили» ростом и необходимостью биологического симбиоза с чем-то, напоминающим помесь гриба с моллюском. Ситуация в земных условиях, видимо, непредставимая. Жители Ама не ходят в шляпах - они в них живут. И в халатах до пят. При таком внешнем виде и искристом окружении вся культура Ама не только «прижимается к тверди», но ещё и ныряет под поверхность океана. Классификационно нельзя утверждать что Ама – люди... Например, у амаидов кожисто- капиллярные альвеолы лёгких, больше напоминающие продолжения бронхов. Эти «чешуйчатые» лёгкие- жабры с трудом обрабывают воздух вне области  постоянного проживания амаидов под Кольцом. На архипелаге иной, не континентальный тип питания. Там ростят что-то вроде земного риса и едят то, чем питаться и в голову прийти не может. Община Ама самостоятельна в силу специфики расовой культуры, но прилегает, как считалось до событий войны, к культуре хуни и находилась под протекторатом этой «сверхдержавы» востока – Конфедерации хуни. Послы от хонто, сидящие там по пещерам, появились на архипелаге Ама давно, ещё в начале прошлого века, но обещания местным по скачку качества жизни аборигенов возникли, естественно, после предложений по «взаимовыгодному обмену» от Королевств. Империя Хондурахс, продолжая переговоры с Королевствами (наземный, ближний путь энергии по Континенту всё же значительно предпочтительнее дальнего и  морского) уже не могло ждать и расшаркиваться с Ама и, вместе с экономическими предложениями, перебросило на Ама подтверждающий свои добрые намерения и, заодно, техническое превосходство, десант ВМФ. Десантники эти были экипированны как для высадки на другую планету: в автономных скафандрах обеспечения. Жолу - амаиды удивлялись, Конфедерация, как ей привычно по отношениям с ОК, возмутилась очередной наглостью «болотных» людей.

    Пока слишком многочисленные и откровенно влачащие в техническом плане жители Ама собирались и колебались, хонто успели перегнать по море- океану три платформы-завода по «забивке» легкосплавных аккумуляторов. Автонономные перерабатывающие платформы (в адекватном переводе аббревиатуры - АЗаМБы) с колосковыми накопителями прибыли на Ама, где и «расквартировались» в 4003 году от РК. Безопасность лихтерного трафика наполненных элементов по северному морскому пути должны были обеспечивать конвои ВМФ. Далековато, в обход Континента и по шельфу Свинцового моря, но как расчитывали хонто, менее непредсказуемо, чем географически короче, но – в обход и по проливам Унава.

    Океан вокруг Унава был полон труднобъяснимыми сюрпризами: такой «бермудский» многоугольник. Помимо того, что там хозяйничали пираты, которых поддерживали, как ещё до войны выяснилось, талассики -  жители южного, потустороннего «недоматерика» Годаи. Культура Годаи до сих пор остаётся неисследованной, хотя талассики и сыграли в последней войне свою значительную роль. Ничьих посольств из стран Континента «талассики» традиционно не принимали. В худшем случае посольства, числом около пяти попыток, бесследно исчезали на просторах мирового океана, в лучшем – возвращалось с «указанием» грести в обратном направлении быстро. Непростая и полная «тёмных пятен» история взаимоотношений народов Континента и народов Островов – отдельная тема, но в предвоенные годы хонто рассматривали водные просторы «под контролем» Годаи и «их пиратов» как наиболее опасное в этом мире место. И они опасались, как показали дальнейшие события, правильно. Морской путь по Свинцовому морю был достаточно безопасным этапом перевозки заряженных контейнеров, за исключением этапа обхода Континента вокруг Оёлов. Вообще вся «концессия на Ама» рассматривалась хонто как авральный проект «пока не утрясётся с Королевствами». Вступать в какие-либо соглашения и заключать отдельные транзитные контракты с восточной Конфедерацией империя хонто не собиралась вовсе, полагая, что Ама способны посчитать и почувствовать «что для них выгодно» и сами, без одобрения двоюродного Большого Брата. И в территориальные воды хуни транспорты- лихтеровозы не должны были входить. Хотя в Уве и нет понятия 30-и мильной полосы прибрежных территориальных вод, но есть международные соглашения «о проливах» и «о средствах жизнеобеспечения на море», что почти то же самое. 

    Первые четыре конвоя прошли из Ама во Лсаги беспрепятственно, но переговоры с Королевствами по наземному доступу к Трону Итыла затягивались. Регенты ОК прекрасно понимали, что хонто не выгодно таскать свои аккумуляторы через полмира, да ещё охранять их как на точке производства, так и в пути. Пропускная способность силовых кабелей и ЛЭП в десятки, если не в сотни раз выше, чем условная плотность потока лихтеровозами. Пятый конвой «заблудился» и попал в шторм. Во время шторма наблюдались непривычные для океана явления «с неба». На шестой конвой напали неизвестно откуда взявшиеся около Оёлов пираты на скоростных «прыгающих торпедах». Корабли охранения отбили атаку, хотя пираты вели себя (неожиданно для этого морского народа) безответственно к товару, не пытаясь захватить суда и отнять груз, но явно надеясь пустить лихтеры на дно, в подарок морским царям. Кто вёл эти самозрывающиеся торпеды тоже осталось неясным: атака кончилось тем, что два реактивных катера- торпеды взорвались. Одна -  не долетев до лихтеровоза, а другая - воткнувшись в «удачно» оказавшися на пути бронированный бок эсминца ВМС. Пиратов с надводных кораблей абордажа захватить не удалось: часть «буксиров» сгорела, другая часть затонула, не оставив на поверхности волн даже масляных пятен. Попорченный конвой дополз до акватории Свинцового моря и запросил разрешения отремонтировать часть судов в ближайших портах Конфедерации. Хуни на запрос с моря не ответили, изобразив отзывчивость мёртвых чужих родственников. Хонто это аутичное молчание берега пережили, но благодарно его запомнили. ОК побитые суда из оставшихся на плаву в свой порт допустили, но часть полезного груза и покалеченный эсминец так и остался в этом порту – металла на заплаты не хватило, авария на заводе случилась... Седьмой и восьмой конвои, ощетинившиеся экранами и расчехлёнными ракетами, прошли без видимых приключений, девятый конвой чуть не подорвался «всем эскортом» на всплывшем по курсу минном поле, решившем подышать морским воздухом. На южном подходе к Оёлам. Если до этого «всплытия ежей» можно было ещё строить догадки о том, какие боги прогневались на конвои, то после явной минной блокады привычного фарватера, случившейся именно в тот момент, когда отвернуть с курса было уже невозможно, никаких сомнений в авторстве «морской магии» у хонто не осталось.  Два лихтера и пара корблей охранения, среди них – неудачливый тральщик, подорвались. Остальные суда вернулись к эскортным терминалам на Ама. Пока проверяли трассы – где нет минной блокады, куда можно вывести конвой, уже сочетаемый со следующим, на производственно-военной базе появились парламентёры от местных «улиток в плащах», которые потребовали сворачивать производство батарей, «наносящее вред местной культуре и экологии. И не важно, что вы нам даёте - у нас всё есть». Девятый и десятый, сдвоенный конвой, вывели на запад - к берегам северных островов, «над» Унава. Издали, из-за минных полей перекрывающих привычный фарватер, за этим уходом длинного конвоя наблюдали хорошо заметные на горизонте сторожевики Конфедерации. Через два дня после ухода этого конвоя взорвался, перегревшись, один из АЗаМБов, который не мог взорваться от перегрева приёмников и накопителей по своей конструкционой особенности: в случае обнаруженного датчиками перегрева автоматически отстёгивались понтоны, открывались кингстоны и платформа завода, разламываясь на сочленённые фрагменты, экстренно тонула. Или многочисленные датчики не сработали или не в перегреве было дело... Весь персонал производственной платформы, за исключением двух человек, погиб.

    Долгий конвой 9-10 шёл к берегам северного Унава, на горизонте за ним виднелись боевые корабли Конфедерации, не приближающиеся, но и не отстающие. Черезвычайный полномочный посол Конфедерации, неведомыми путями получивший сообщение с архипелага Ама, пребывающего под патронажем совета общин хуни, спустя шесть часов после взрыва платформы зачитал на Арене Торжеств Единого Хондурахса петицию с требованием убрать с Ама «чуждое хуни производство». Шла весна 4006 года. Переговоры в старой столице Королевств об «энергетической линии» для Хондурахса с передачей доли энергоресурса Королевствам продолжались «без существенного продвижения в сторону достижения устраивающего обе договоривающиеся стороны партнёрского консенсуса».

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑

● ● ●
V

    Не прав был Карл, ваш знаменитый «теоретик войны». Война это не продолжение политики, а попытка помочь выживанию средствами принуждения известных хозяев благ к расставанию с частью этих известных достижений, имеющих безусловную ценность, знакомую всем сторонам конфликта.

    Война не обязательно выражается в виде внешней экспансии, она может вестись и против отдельных категорий, слоёв граждан той страны, правители которой, владеющие средствами принуждения, стремятся расширить свою власть, приносящую им блага. Применяемое ими оружие не обязано иметь вид меча или стрелять – в роли оружия могут выступать законы или же торможение действия законов, которые становятся, вследствии вооруженной агрессии, недействительными, как говорят - формальными, не исполняющимися. Война грядёт и неизбежна тогда, когда имущество какой-то группы владельцев благ превращается в такого рода уникальность, которую невозможно восполнить заместительными средствами.

    Никто не хочет рисковать, никому не хочется умирать от ран и - более того, никакой из сторон конфликта претендентов на право владения дефицитным имуществом не хочется проиграть. Нападающий, агрессор никогда не расчитывает наперёд вероятность того, что он может проиграть войну и он всегда полагает, что он прав, а противник – обмащик и вор, владеет чем-либо не по закону, украв его у агрессора, котрый вынужден пойти на крайние меры, чтобы привлечь вора к ответственности. Пока можно заместить вожделенные чужие блага их замещают, тем, что берегут и лелеют.

    Собрания людей это не дети, у которых могут бурлить гормоны, вынуждающие вести себя агрессивно, просто потому что «так хочется», потому что есть потребность покрасоваться, показать свои возможности или отомстить за словесные оскорбления. Собрания людей, более того - выстроенные хозяйства, иерархически обустроенные государства, управляемы рассудочными веяниями, отвращающими от рискованных путей приобретения и накопления благ, сколь бы владетельные паны не раздражались. Владельцы ресурсов, которые могут быть использованы как для войны, так и для экономических вложений не подчиняются «велениям чувств», сколь угодно «оскорблённых». Власти не оскорбляются и не мстят. Мстят и разрушают только те исполнители, которые не управляют своими чувствами.

    Военные разработки, планы откровенной агрессии одних владельцев имущества относительно других владельцев пишутся только  в том случае, когда у этих владельцев не остаётся другой, менее рискованной альтернативы: или взять пока чужое или сдохнуть от тотального дефицита того, что стало остро необходимым; того, без чего почти невозможно обойтись сегодня и будет недопустимо для корпоративаного выживания обходиться завтра.

~*~
    Армия сама не стремится повоевать, но более всего готова выступать в роли демонстрации возможности отпора Злу. Все военные доктрины, так же как и патриотические песни, опираются на идею, что наши сокровища, родную хату пытается отобрать одиозный Враг, но наша армия, собранная с великим трудом, оторванная от народного хозяйства, всё же готова дать коварному злодею по зубам. «Мы - мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути». Это гениальное и краткое описание Михаила Светлова (Шейнкмана) военной доктрины любого независимого правительства. Сытное и тёплое содержание команды этого бронепоезда и тренировка его агрегатов – трудоёмкое дело, вырываемое от накоплений в казне страны. В мирное время, пока никто не покушается, армия стране не нужна и её грозную силу стране выгодно использовать для преумножения обменного продукта. Советский марш танкистов появился в фильме про механизированных хлеборобов и там выступают в роли защитников те же мирные люди, вынужденные использовать свои трактора, незначительно переделанные, на скорую руку, для решительного  отпора матёрому врагу. Трактористы переделываются на солдат только «если к нам полезет враг», если на нас нападут. А пока враг где-то далеко эти потенциальные защитники радостно пашут и, улыбаясь хлебным всходам, воюют с трудностями природы.

⥏ 家 ⥑

    Рассудительный хозяин содержит сооружения сначала для того, чтобы противостоять природе, потом – для того чтобы эту природу использовать в своих интересах и только в самом конце графы расходов задумывается об оборонительных средствах для своего имущества, стараясь совместить их с чем-то успешно эксплуатируемым и в мирное время, которое тянется в десятки раз дольше военного положения. Все хозяева стараются потратить на пугало в поле минимальный объём средств и уделить ему минимум внимания. Лучше всего для хозяина поля чтобы пугало вообще само себя содержало, жрало этих воробьёв с вороньём и тем себя восстанавливало. Каждый хозяин, глядя на пугало, задумывался о том, что «как бы хорошо было, чтобы оно само себя растило и одевало». Кошки на самообеспечении в хозяйстве выгоднее собак. Пёс на дворе – роскошь, которую надо отдельно кормить пока он дом сторожит. И всегда у хозяина есть подозрение, что этот пёс даром мясо жрёт, а только спит и во сне возится. Поэтому выжившие в эволюционном приспособлении к желаниям хозяев, пищу дающих, охранники в селах брешут и перелаиваются по любому, самому малозначительному поводу, показывая голосами, что они не спят, бдят и свои кости не даром грызут. Воры и лихие люди не каждый день сёла навещают, а кушать хочется еженощно.

    Вооружённые силы страны, приспособленные для того, чтобы догнать, покусать и придушить вора за горло это сторожевой пёс, которому всегда голодно на том коште, который ему выделяем в мирное время. Поэтому армейские головы постоянно озабочены поиском и нахождением в окрестности такого очевидного врага, на которого можно постоянно лаять, доказывая хозяину свою нужность. И надо этого врага показывать хозяину, если он сам его заметить не может - по слабости его чутья. Где же его взять, покушающегося? Если приходящего мимо врага не находится, то дворовый пёс душевно мучается и опасается за болезненные позывы своего брюха. Генералы пугал, защищающих разнообразное дорогое имущество стран, мыслят ширше цепного пса во дворе - у них жизненного опыта больше и средств привлечения внимания к своей задаче, кормящей их еженощно.

    Главное имущество всех стран, это их граждане, вынужденные жить в той стране, где их родили, которым неудобно менять свою сатаду на соседнюю в силу привычки, взращённой с детства. Большинством людей детство воспринимается как время, когда мир был светлее. Ярые патриоты, склонные к обожествелению родной сатады, получаются из формально взрослых людей со слабой опорой на веления рассудка и со слабыми способностями к быстрому приспособлению. Персональная эволюционная слабость – причина сильного патриотизма, привязанности к детской сатаде, к ностальгии по тому прошлому, когда сатада была подобна колыбели. Поэтому северный патриотизм полезных стране граждан многократно сильнее южного патриотизма у таких же недоумков, но у недоумков с природными способностями к быстрой приспособляемости. Чем севернее расположена страна и сатада, тем больше в ней потенциальных воинов, духовно привязанных к своей Родине, готовых сначала облаять, а если возможность дана, то и покусать любого прохожего. Северные защитники, строящие свою идеологию корпоративного выживания на патриотических чувствах сограждан, пока не грянуло - мирных хлеборобов, сильнее южных, неуверенных в «светлой доброжелательности» своей сатады и не готовых, по формальному взрослению, защищать эту сатаду ото всех. Армия торгует продуктами своей жизнедеятельности, продуктом своих умов и результатами труда своих сотрудников, так же как и любая группа живых существ, вынужденная коллективно кормить себя сама на имеющихся в её распоряжении грядках.

    Всем служивым знакомо, что самое любимое, обихаживаемое и снабжаемое офицерами место в воинской части это офицерская столовая. А оружейка, склад инструментов для покусания, это место, в которое армейские чины заходят вынужденно, когда рука, кошт подающая, приезжает с проверками... Армия всегда не готова к тому, чтобы сорваться и бежать за указанным хозяином врагом, но готова им перекусить. Отличие патриотического контингента армейских от сограждан, занятых в производстве более востребованных товаров, в том, что армейская планида предполагает единственный способ добывания пропитания хлеба насущенного – демонстрацией своей готовности к защите имущества. Поэтому армейские зубы всегда должны сверкать, а уставная гримаса, прилипашая к коллективному армейскому лицу - покой мужественности. Никакая мужественная армия, сидящая за мисками с мясным супом, не стремится искать себе такого противника, который - с не менее мужественным лицом - готов к нападению на свою полковую кухню. Клубы милитаристов ищут того противника, который рожей не мужественен. Министерства обороны, которым предоставили свободу поиска достойного противника, всегда идут за этим противником, гуляющим возле забора, на юг. И только окрики хозяина, мясной суп дающего, заставляют сверкающих зубами псов войны нехотя забирать севернее... На севере - мужественные защитники столовой той сатады... Хозяин, давай мы лучше повоююем с замышляющим югом? Погляди сам, хозяин! Разве ты не видишь? Там - ИГИЛ!              

    Армия Хондурахса была готова к войне с замышляющим за забором югом. «Мода» колонны бронетехники, урчаще выплывшая из утреннего тумана перед вздымающимся к низкому небу шершавым кряжем Кшен,  выписанным скупой кистью Пикассо в абстинентной депрессии, была сплошь полупустынной и, частично, в джунглевых замазках. В серо-засаленном грунте с «туманными» зеркалками оптики в колонне были только юркие прыгуны на воздушной подушке. Осыпаясь из барражирующих «танкеров», они пружинисто подбрасывали зады и, набирали стремительный гон, подсвечивая лбы арьергардных братьев толстыми осадочными струями от взрёвывающих барьерных сопел. Прыгуны- танкетки вываливались прямо на прибрежный тальник с пузатых как приплющенные дирижабли газовых планеров,  ребристо «путающих» глаза под утренним пологом туч.

    Колонна скально- пустыннной техники шла прямохонько по минным полям. Мины не взрывались, будто не оттаяв от зимней спячки.
    Желтушечную колонну, втекающую новым притоком Даза между подушками кустарников тундр и с влажными силуэтами скачущих прыгунов с рубежной горки заметили.

    Дежурный летёха по участку, под натужно раскручивающуся арию ревуна отбил по линии «яркое» оповещение в узловой штаб СБР округа Даз: «Код вулкан. Наблюдаем габуту хонто». Из УШ СБР, помедлив с минуту, спросили «С гостинцами?» Летёха, рассмотрев в накалящемся горячем освещении выплывашую из под «квадратиков» строчку, отреагировал тоже не по утреннему уставу, и, под уже пискнувший зуммер обнаружения металлических воздушных целей, отписал: «Можно сказать и так». С этого доклада началось Вторжение, по началу выглядевшее как приграничная кидонская претензия, подтверждённая союзными армейскими соединениями, в которых присутствовали как кидонцы, так и западные хонто. Кидон предъявил Королевствам «исторические» претензии: гряда Кшен – исконние кидонские земли, и все окрестные недра этих непривестливых останцев принадлежат насильственно ассимилированным Королевствами древним родам сикфу, которые вовсе не легендарный народ, а есть те же кидонцы. Так как Королевства, не входя в положение правнучатых сикфу, жаждущих прилагаться к родным недрам, мурыжили вопрос с отысканием тамг их владетельных предков более декады, то Кидон, скрепя сердца, соизволил испросить вооружённой помощи западных друзей, дабы вернуть своим согражданам возможность восстановить историческую справедливость.

    Обомлевшие от такой наглости регенты предложили убираться сбрендившему Кидону вместе с его друзьями из окрестностей запершегося под скобами Штаба СБР округа Даза.   Боестолкновений на Дазе между обороняющимися силами округа и «приехавшими с гостинцами» почти не было. «Понаехавших» на чужой технике «кидонских гостей» на Кшене обнаружилось порядочно... Они стали зарываться в каменнистую землю, хоть и в тактически неудачных местностях. Удачные высоты были заняты раскрывшими пакеты частями ОК, которые позиций от неплотного миномётного обстрела со стороны «гостей» не сдавали.
    Около недели региональные войска ОК насыщались четырёхкратным силовым превосходством относительно «гостей», расквартироваясь севернее старой столицы. Утром восьмого апреля гянча и хонто ударили сразу по нескольким городам и приграничным штабам Королевств с неба, над предгорьями Цаса небо прочертили дымные следы экзосферных конусов, а генеральное посольство ОК в Хондурахсе исчезло в полном составе душ. Даже канарейка второго секретаря и та пропала без вести. Судя по безаппеляционности гонто им крепко вступило в шею «закрыть вопрос» притязаний ОК на любую форму дальнейшей государственности.

● ●● ●
VI

    Батальные сцены привлекают молодых, описание лишений и героических поступков, совершаемых «по зову долга», театрализуют неисполнимые в мирной жизни мечты. Какой смысл в художественном описании того, как гусенницы техники перемалывает сочные весенние всходы на полях, когда читатель может увидеть это грязное шоу в документальном кино и рассмотреть происходящее с гусеницей, с почвой и с окружающим рваным пейзажем в солярном дыму  - в анимационном? В кино можно и одоранты на зрителя напускать и будет достигнут объём погружения, которого текстовым описанием не донести, потому что каждому читателю пахнет из его духовки специями из того пирога, который ему зреет. Считаю, что никакого смысла в описаниях батальных сцен нет - они похожи во все времена и в любых местностях.

    Любая война изобилует смертями молодых и пренебрежением к удобствам. Война это пик коллективной борьбы за выживание, где сентименты случайны и абсурдны.

    Хонто приехали с запада на технике и быстро наступали на восток, как по дорогам так и по полям... Тут у читателя, привыкшего к постановочным «проходам маршем» колонн чужой пехоты и техники «по дорогам войны», которые проходы снимаются после боя - для кинохроники, возникает привычная киношная картинка. Эти постановки настолько же далеки от физической картины наступления в век развитой оборонительной техники, насколько нарисованные ребёнком весело «прыгающий по трамплинам танк» ( с показательных «выступлений», где танки - без боекомплекта и с одиноким водителем) далёк от того переваливания махины по буграм, которое можно видеть в жизни. Если танк в не показательной жизни начинает прыгать, то, вероятнее всего, ему хана.

    Пехота, шагающая гурьбой по длинным дорогам возможна только в тыловых расположениях своей или союзной армии. Ещё бодрым маршем на формальном «переднем крае» проходили войска наступающего немецкого вермахта под Майкопом, на Кипре и в Крыму. Ещё, по мемуарам - на подходе к Сараево... И так - только потому что курьёзов и неразберихи на той войне хватало с лихвой. Продвижение даже механизированных войск по захватываемой территории на границе с фронтом обычно проходит короткими переходами, малыми группами, после проведённой разведки, разминирования, подавления всех обнаруженных и вероятных огневых точек обороняющейся стороны... И эти «осмотрительные рывки с закапыванием» вовсе не напоминает бодрого марша с песнями и бросаемыми на броню цветами. В городах на броню наступающих обычно бросают вовсе не цветы.

⥏ 家 ⥑

    Редкий аллюр для колонн грозной бронетехники без флангового прикрытия был несколько раз опробирован полководцами разного уровня самоуверенного дебилизма в земных условиях и каждый раз такой показательный проход кончался для этой бронетехники плохо. Единственный случай, когда громыхающая броня проехала без болезненных уколов с флангов - красивой кавалькадой, случился в ходе Второй Мировой войны у германского вермахта в операциях против стран Бенилюкса. И то - только потому, что командование штабов в странах Бенилюкса не до конца понимало что это такое - мобильные танковые соединения. И для этих красующихся соединений вермахта тоже была организована поддержка десантниками, сохранявшими для машин многочисленные мосты...

    Могучие колонны техники в земном исполнении механизированной войны бывают при начале развёртывания, в своём тылу или в незащищённом тылу противника, который «не ожидал». В исторических условиях Ува, на извилистой череде границ между Королевствами и западным Союзом все так давно привыкли, что кто-нибудь может прикатить с обоснованными огневой мощью «претензиями», что тыл Королевств уже много столетий начинался километров за двести от череды границ.

    Межгосударственные,  соседские «защитно-налоговые» отношения на Континенте таковы, что претензии Кидона на гряду Кшен, не будь они продолжены агрессией всего Союза хонто, закончились бы тем, что в ходе «ответных» операций на всех уровнях подтверждённой дипломатии, Кидонии бы, с большой вероятностью, перепало низкорослой тайги и тундр. За Кшеном, где-то около Долока образовали бы совместную «волость компенсации претензий», если пытаться переводить распространённейшее понятие «халья». Больше защитников нашего Кшена, верных священному долгу, погибло бы, так же погибли бы и киддины, приложились к нашим в приёмной Неды... Ратный подвиг всех не пропал бы для их родов.
    Но в типичный приграничный конфликт вмешались основные силы хонто, рассчитавшие рефлективную переброску войск Королевств в ответ на кидонскую провокацию (как стало очевидно позже).

~*~*~
    Оборонительные силы перебрасывались на север Ирима, к распределительному узлу в Бужате, что недально   севернее старой столицы, а лётные группы доставочной авиации хонто уже закончили заправку и выруливали на взлётных полосы Союза. Не набрешу что переброска резервов на кшенскую гряду «оголила» оборону в центральной части западных границ Королевств, но тревожные взгляды в начале апреля 4008 года естественно были обращены в сторону Киллакиисте.

    Хонто пустили вперёд, через дозаправки в западном Шарнане, стратегическую авиацию, и подготовку к этим дозаправкам разведка ОК прошляпила. Так же как и волну конусов, спокойно переперевшую по зеркальному слою через воздушную границу ОК. Первая волна экзоферных конусов (по терминологии ОК Ува)  была запущена ими не только в направлении «за Цас», но и севернее, где она, удачно для агрессора, достигла эшелона поражения поверхостных целей разогнанными элементами начинки.

⥏ 家 ⥑

    Я говорю набором терминологии в буквальном переводе на русский с технического языка ОК, потому что тот  привычнее мне и, по-моему, точнее отражает функциональность описываемых устройств. В целом наша техника похожа на вашу, но в Уве есть целый ряд технологических препятствий, отличающих тамошние устройства от аналогов в земном исполнении. Эти технологические отличия наследуют сложностям многопрофильно магического мира Ува и способны вызвать непонимание и даже оторопь у людей с толикой с инженерного мышления, но привыкшим к пустоте Эрдо. Так одним из первых неожиданных вещей, помимо сложностей с радиосвязью, явлется «противокрутящий электромагнитный момент», получивший название антигирии (упоминавшийся ранее).

    Ув это место, где сомнительные для Эрдо эфирно-торсионные поля работают для массивных соединений плавкого вещества. Не знаю каким ветром к вам перенесло Эли Йозефа Картана, но антигирия в Уве упорно препятствовала развитию винтовой техники. Настолько, что у нас дожили до наших дней, развившись до скоростных, колёсные фарватерные суда  и колебательно-вибрационные «летуны». Глиссеры на реках и в морях Ува до недавних пор обитали только водомётные и лишь в конце пошлого века появились водные движители безрамочного вращения.

    Высотные атмосферные доставщики в Уве вынуждены ломать континуумы с разным фронтальным сопротивлением среды (о котором в Эрдо и не слыхали), что вызывает различные помехи, способные влиять в том числе, и на траекторию самих контейнеров- конусов. Сами эти баллистические конусы при вертикальном отрыве и подъеме в атмосферу с ПУ наземного базирования незаметны для удалённого наблюдателя пока они не достигают слоёв «верхнего неба», которое реагирует на своё «пробитие» кругами, очень похожими на круги на тихой воде от брошенного омут камня. Верхнее или «зеркальное» небо, видимое в любой ясный день  – это она из загадок Ува, объяснённых научно лишь частично... Над слоем воздуха с относительно нормальным газовым составом, пригодным для дыхания, в совместном Т`шахоне есть мезосферный слой «оболочек». Разреженная газовая смесь здесь не сильно отличается от того, которая  анализируется в «широком» слое терросферы и стратосферы, но в слое «оболочек» наблюдаются «преломления» в том числе - оптические, природа которых пока не окончательно выяснена...

    Визуально эти «преломления» смотрятся через слой атмосферы как слабоокрашенные «плоскости», откуда и произошли их народные названия. Из стратоферы эти «плоскости» выглядят как облака, хотя на такой высоте никаких водяных паров быть не может. «Облака» мезосферы состоят не из молекул воды, но из соединений инертных газов, насколько удалось выяснить. «Зеркала» эти никогда не пребывают в покое, потому что всё время что-нибудь да извергается на экваториальном Годаи, снаружи эта «плёнка зеркал» тоже подвергается уколам их харса, но массовый пуск конусов, «пробивающих небо» был отмечен наблюдателями на Чиде (до Цаса, где тоже стояла пара станций наблюдения за мезосферными зеркалами, тревожная волна докатилась в ослабленном виде). До войны существовало пан-континентальное объединение учёных, изучавших плёнки мезосферы и харс, члены которого кружка, конечно, тоже «попали под раздачу», но - не сразу.
    Архивы наблюдения за внешним небом из этих горных «лагерей» метеорологов сохранилсь и, благодаря им, мы имеем сегодня на руках независимые от идеологических «правок» свидетельства о начале Вторжения «с той стороны» фронта.

    Судя по отмеченной интенсивности «волнения» с территорий Союза Хонто в нижний харс ушло по крайней мере три волны запусков «конусов», после чего колебание «уровня зеркал» вошло в хаотичный режим, препятствующий отслеживанию пробитий. Да и не до наблюдений за небесами им стало - к оторванным от жизни отшельникам вскорости после стратосферных пусков приехали на брониках военные чиновники с «приглашениями», от которых было не отказаться.

    Вот и пришла пора жданных читателями подвигов!

~**~
    Пьющий молочный напиток для «приложения к космосу», пухловатый кавалер-доцент с якобы «говорящей» вам фамилией Беглодей (к.-д. Кез Суремчик Бегладеи, если по-официальному), заведовавший одной из двух станций наблюдения за харсом на массиве Чид, рассмотрев высотную бурю, хлебнул своей степняцкой хаомы, выброженной по рецептам предков и, призвав коллег к вниманию, сообщил им, что Космос Внутри советует куда-нибудь со станции быстро сдёрнуть, потому что небеса готовы сверзиться прямо на станцию. Хану Кезу и советам его внутреннего космоса, окормляемого кумысом, на станции верили, потому что все более или менее крупные землетрясения он предсказывал до минуты. Бросать валящемуся на голову небу тёплые домики никому не хотелось, но провидческий кавалер-доцент успел вывести отряд из почти двух десятков мистически настроенных научных деятелей за пределы станции, прежде чем на серпантине забрезжили броневички ранних визитёров из окружной полицай-комендатуры.

    Кезов в степях - как Сергеев в Новосибирске, но «кежануться» это сорвавшись с места куда-нибудь ломануться по такому бездорожью, где любой чкартал ноги переломает. Этот производный глагол быстро выучила военная полиция внутреннего Сцольда, когда попыталась было преследовать подчинённых хана Беглодея, заряженных его взрывной энергичностью. К тому часу, когда тыловики сообразили притащить на гору громкоговорители, чтобы известить о плановом отделении своих агнцев от чужих козлищ, кезов отряд ускакал уже туда, где никакое радио не ловило, а вопли призывов были слышны с настолько искажающим слова эхом, что отряд уверился в том, что в стране случился переворот и лучше, чем выходить неизвестно к кому, переждать на сухпайке пару дней - пока всё не успокоится.

    На руку сплочённости вокруг хана Кеза в бегах сыграло, видимо, то, что интеллигенция от метеорологии хонто, как любая интеллигенция, ждала переворота.

    Университетская братия часто придерживается левых взглядов, полагая, что «народ страдает» и недолюбливает военных, забивающих ржавые гвозди их драгоценными микроскопами!... Хану Беглодею, потомку степных князей и гражданину ОК, упитанная «грация кумыса» ( «бабушка кумыса», если придерживаться этнографически верного облика) хлопнула по лысине вовремя. Что же касается других соучастников побега, то среди них собрался народ разный: от киддинов до ущтэ. Кезова команда хоронилась по пещерам с неделю, слушая увещевания полиции, рассказывающей официальную басню о нападении на мирный Хондурахс преступных ОК и злонамеренной Конфедерации, стремящейся вернуть себе былое расовое превосходство. 

- И мы, местная военная комендатура, вынуждены вас - разных иностранцев - сколько вас там по спискам, задержать ради вашей же безопасности! - растолковывали кручам и долинам мегафоны, установленные подле телескопов.

    Через несколько дней и ночей полиции надоело обживать избушки высотных метеорологов и командующий арестной командой в образных выражениях объяснил, что в города введено военное положение и со всякими придурками без актуальных в военное время документов церемониться не станут. Мы, ваши защитники, снимаемся – у нас семьи по домам, а вы, спятившие добропорядочные граждане Хондурахса, пеняйте на себя.

    Разноплемённые, но граждане Хондурахса вняли призыву, извинились перед ханом, пообещав всё разузнать, нося провиант под заветный камень и отправились на встречу с родной им полицией. Хан Кез сдаваться чужой полиции, разносящей бред на всё нагорье, не пожелал даже ввиду оскуднения запасов прихваченного с собой священного напитка и подался, с тремя «негражданами» глубже в чужой лес.

⥏ 家 ⥑

    Судя по воспоминаниям выживших ветеранов его команды, хана Кеза обуяла не такая уж глупая мысль:  обогнув нагорье выйти к западному побережью, где до войны всяко можно было договориться переправиться до Медового, а там и до его дома «недалеко». На станции было штатное огнестрельное оружие на случай выживаия при стихийных бедствиях и «для отпора нападениям нечестивцев», которые средства общения с недружественной природой Кез не забыл прихватить. Против полицейских пулемётов этот арсенал был откровенно слаб, но для выживания и для разбойных засад эти ружья и заговорённые химией капканы были вполне годны. Чем Кезовы партизаны и занялись, стараясь не задевать тех, кто мог быстро ответить и продвигаясь на юго- запад.

    Никому не пели хором вольные высотные метеорологи, вышедшие на тропу самообеспечения «O bella ciao», но в голове Кеза явно затянули песнопения предки. Через десять дней скитания по Чиду четвёрка хана Кеза случайно напала на автобус тюремного ведомства, у которого по причине мобилизации конфисковали для нужд армии тяжёлый, пуленепробиваемый автозак с обзорной башенкой, временно одарив взамен автобусом с форсированным движком.
    Отлаженный двигатель и шестиколёсная схема никак не помогли лёгкому автобусу против боковой волны, обрушившейся на дорогу жидкой грязи из незначительно перенесенного повыше сезонного водохранилища - предки хана Кеза, собравшиеся по углам тюбетейки, знали толк в запрудах. Автобус грянулся на подгорный бок и усиленная крыша только слегка помялась, не повредив самого ценного груза – известного в горном Сцольде рецидивиста, перевозимого, как выяснилось много позже, для формирования диверсионного отряда из горной обители на восток.
    Рецидивист не знал о конечной цели своего перемещения «на доследование», хан Кез и его интеллигентные иностранцы были не в курсе местных уголовных легенд. Они даже не могли узнать заранее на кого нападают – автобус был без обзорных окон, на борту имелся не затёртый логотип ресторанов южной пищи, который и ввел немного оголодавших на горных дарах природы партизан во искушение - запруду готовили на мясной фургон.

    Милостиво прикончив водителя с сопровождающим, неожиданно хорошо вооружённых, но скользко ворочающихся в кабине, вольный хан и его «партижяне» полезли в салон с надеждами хотя бы на ветчину. А там – кандальник, всего один, хоть и копчёный, но не упитанный, в наморднике. Кезов ущтай маску открыл и предложил узнику представиться. Копчёный узник это и сделал - по полной форме, растолковав местные законы не по цифрам, а по содеражанию. И с ходу высказал свое восхищение уплывающей вниз по склону холма освободительной грязью. Потомок ханов Кез С. Бегладеи согласился героически попоститься еще пару дней, не употребив в общий котёл осужденного врагом гражданина, но выслушав его предложения по борьбе с недружественной природой. После этого выслушивания и разметки целей в древней области Хондурахса Червин-до-а настали времена подзабытого разбоя на дорогах с переходом в карнавал, каковое понятие в переводе с поздней латыни означает «обжираловка мясом».
    Никакого желания возвращаться не достаточно отъевшимся в привычный застенок у известного в горном Сцольде рецидивиста не возникло даже после просмотра хроники текущего захвата мира по ящику, расцвечавающего спину местного судьи, не способного подняться с пола вследствии воздействия пулевого салата, застрявшего в его брюхе.

    Везучий разбойник и свободолюбивый наследный хан преследовали разные цели, но альянс успешно пополнялся местными бандитами, для которых узник, освобождённый Кезом, был значительным авторитетом, да ещё и нарисовавшимся тогда, когда прочие господа такого ранга подались на восток. В Хондурахсе издавна существовала традиция формирования диверсионно- казачьих отделений, которых использовали на переднем крае, там где кадровым военным «как-то тяжело».

~***~
    Пока партизанский альянс наводил шороху в предгориях Чида, живые массы Ува пришли в движение. Конусы, всполошившие затрепетавшие плёнки, которое трепетание разбудило силы, таившиеся в увальне из степей, успели пропороть небо над Континентом, долетев до предписанных эшелонов и разорваться над обитаемой поверхностью огненными шарами, испепеляя всё живое на этой поверхности. Вслед за волнующими «зеркала» конусами, но значительно ниже, над тучами пророкотали волны дальней доставочной авиации. Над полями почесали щётки разминирования коридоров, встречаемые упреждающим огнём со склонов Ирима. По лесам, пустыням, понтонам, пугая стада и рыбаков, поползли вздыхающие солярным перегаром расписные под лопухи муравьи и носороги (сравнение со слонами или мамонтами для Ува не релевантно – этих животных там нет), на дне Медового моря уютно расположились рядышком продырявленные два траспорта и целый неосторожный мортирник хонто...

    Не смотря на «неожиданность»  Вторжения, с разрушительными ударами ядерным оружием по нескольким промышленным узлам, военная оборона Объединённых Королевств не рухнула «в одночасье» и интендантская инфраструктура не рассыпалась. Большим успехом армии хонто было разрушение ряда оборонительных узлов вроде Стехта, но проигрышем в первые дни войны казалось торможение наступления на земли ОК перед северными утёсами Варра.

    Тяжелый во всех отношениях массив Варра не рассматривался в Королевствах как оборонительный узел, но в его толщу было врезано часть стратегических объектов, таких как базы северного флота и многочисленные склады. Особым обстоятельством, привлекающим интендантскую службу к красно-серым уступам гор Варрас была непробиваемость, созданная самими богами- творцами: по Варрас можно молотить мегатоннами любой взрывчатки и ядерной в том числе – заглублённые склады и стапели даже не шелохнутся. Хонто не стали тратить на обстрел складов Варрас ядерного потенциала.

    В самом начале испытаний ядерного оружия хонто попытались разрушить позиционным урановым зарядом одну севереную столовую скалу, точащую из их части Свинцового моря. Конечно, ничего занимательного из этого испытания не вышло – скала немного оплавилась и потрескалась окалиной по краям, неглубоко заразившись радиоактивностью.

    Хонто закидали Свинцовое море минами, постаравшись максимально затруднить оборонительные действия северного флота, оконтурили наземной блокадой массив Варрас с юга, но даже не пытались взломать оборону складов, ограничившись несколькими атаками фумигаторами и быстро сообразив, что вентиляционные трубы можно плотно перекрыть и пользоваться каким-то иными воздуховодами.

    Хонто обошли Варрас и, проведя броненосные габуты по заражённым ими землям вокруг Киллакиисте, продвинулись в Утомы, оккупировав, уже в середине мая, Лежаву. Южнее Утомных гор простираются болота Ярвех, куда влезать можно разве что на технике, подобно той, на которой ВМС хонто высаживались на Ама.
    Большая часть противостояния наземных армий на севере Королевств экспрессом обратились в позиционно-диверсионную войну «нападений из метро» и с болот с участием и нечеловеческой магии. Если бы Вторжение хонто шло везде так же «успешно» как на севере, то мы бы и сами их победили.

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑

| АРМАДА ЯХИРРЕ |
I-II

    Исторический фильм «Ушедший за Пелену», один из нескольких, касающийся легендарного похода «Армады Яхирре», был снят «по мотивам» реальных событий. Режисёры «Ушедшего», конечно, не смогли обойтись без «романтической линии» и без шпионских тайн, добавив к известным фактам порядочно художественной отсебятины. Преимущество «Ушедшего в Пелену» перед другими экранизациями,  освещающими эту историческую экспедицию - в проработке технических деталей и в воссоздании атмосферы того времени.
     Режиссерская пара проштудировала воспоминания ветеранов экспедиции, бортовой журнал похода, даже сгоняла баржу съёмочной команды к ЭК, чтобы снять «на натуре» океана «шугровы» ульев. Сценарий начинает повествование с исторического обзора сведений о южной полусфере, известных нам до похода «Армады», переходя на былое сотрудничество двух северных человеческих империй в деле научно- технического прогресса. Одновременно с предваряющим поход историко- познавательным таймлайном в фильме исподволь, на намёках, как заимстованных из известной россиянам телепрограммы «О непознанном», раскручивается мысль о вечном «препятствовании» человеческому познанию со стороны наших восточных соседей. Идея эта не лишена оснований, но в фильме обостряется полуфантастичесая гипотеза о «подменышах», вынужденных «работать на врага» по велению «вселенцев мозга». Выглядит эта линия «противления и диверсий» в фильме убедительно, хоть и намечена «нераскрытыми связями». Но главный рассадник «вселения» (по сценарию) это мимикрирующий на протяжении многих веков клан шаманов Чихербе (прямо намекающий на «княжество Чиверву»), попадающий в «яблочко» зрительских антипатий. Чихербеи издавна проникли везде и могущественны почти как масоны...

     От исторической ретроспективы исследований глубин океана, до подводного похода за Пелену, сценарий  переходит к дизельпанку, пробуривающему в пласте непознанного светопроводящие штреки. И кульминацией этих усилий по пробуриванию «пласта сокрытого» выступает проект совместного океанографического похода за Кольцо. После какового Решения скоростным образом, но в обстановке защиты от проникающих шпионов врага, строится суперподлодка инженерно- кораблестроительной парой вроде Королёва...  Инженерному порыву противостоят тёмные силы и эгоистическая любовь сразу двух женщин Инерина- «Королёва»... В фильме он разрывается между своими женщинами и подлодкой. Оно, конечно, немного не так было, но с призом зрительских симпатий не поспоришь.

*~*~*
     Что было известно про океаны за «Прогибом» до похода «Армады»? Известно было довольно много из того, что требовалось для океанического рыбного промысла и для морской торговли. Океаны Ува по акватории и живности можно разделить всего на пять-шесть «частей», неявно очерченных.

     Северное Свинцовое море переходит на западе, огибая полуостров лсагов, в расширение вокруг разных Тенад, из которого расширения меридианальным «чулком» выделяется так же северное море Гейм-Хемара, омывающее Оту Уольд (Стоод, Цъольд) с гористо-холмистыми окрестностями. Западнее Цъольда простирается северная часть акватории мирового океана, у которой части издавна было множество фарватерных названий, для простоты его можно называть «Западным океаном». Этот «Западный океан» прострается до Унава на несколько тысяч морских сажений, в котором блуждают плоты пемзы на манер льдин. Свинцовое море с заливами в холодный период покрывается льдами с судоводными полыньями. Многоименованный фарватерный океан не замерзает целиком, но зимой и весной айсберги там встречаются. Южнее этот «фарватерный океан» огибает плато Острова с урамбу и ныряет под Кольцо. Из этой субтропической части мирового океана выделяется заливно-длинный Луфф, часть Медового моря, которое чем-то напоминает ваше Средиземное.

     Между Островом и западным Дентом можно выделить треугольник отдельного океана, с местным названием Балал (название совсем не всеобщее, означает на гизле просто «волны»). Этот Балал упирается с нашей стороны опять в Кольцо, а «с той стороны» он расширяеся всей южной частью Океана, простирающегося на юге до гряды архипелага Шин Хо. Где кончается Балал и начинается другой океан?... Наши течения идут за Кольцо, так что получается, что Балал - до самого Шин Хо.

     Восточную часть Дента омывает море со множеством банок и островов, которое надо бы называть, если переведить с хуни, Тёмным морем. Вообще у южных хуни нет понятия «открытый океан» или «закрытое море». Для них, насколько можно понять, есть тёмная вода – глубокая и светлая вода – мелкая. И ещё много всяких дополнительных определений... Географически получается, что восточнее Дента есть океан вокруг островов Ама и подобных «малых» земель.
     Северо-Восточную часть Континента омывает океан с общечеловеческим названием Зелёный. И тянется он на восток до Андахлан, а на юг опять – уходит под Кольцо, не кончается, огибая весь Ув.

↓ ☱ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ☱ ↓

     Рыболовецкие суда в океаны Ува не уходят, большинство видов промысловой, съедобной рыбы обитает на шельфах и в заливах. Морской зверь тоже крутится на прогреваемом шельфе. Рыболовство «большой воды» в Уве есть, но это скорее китобойный промысл. Давным давно было известно, что в южной части сферы ветренная погода и мутится разум от разного, в том числе от брызг. И туда ещё ползти... На Шин Хо живут тамошние хуни (они сами думают иначе, да и язык их отличается, но эти детали тут не важны), сам архипелаг – покрыт грязными лесами, южнее его в океане виднеются ледяные горы даже летом. Грязный лес он и есть - грязный. Буроватая листва, в отличии от северной голубизны, и, в добавок, на Шин Хо имеются действующие вулканы, посыпающие острова с прилегающим океаном пеплом.

     По «северному обводу» Свинцового, Якайя, Бурмы и Силтеларветта Ув обогнули в незапямятные времена и в этом кратком обходе единственное, от чего можно свихнуться, это от потребности греть воздух под шкурами. А в остальном - только сани придерживай, да солониной запасись вдосталь...

     Обогнуть Ув вдоль Кольца по «приближению к нему» не получается ни из каких соображений. Над этим вызовом природе, которое временами пытались предпринять разные правители и даже отдельные концессии, висит какой-то рок... Помимо течений, рифов и полной невозможности приборной навигации, кроме как ориентированной на видимый край Прогиба. Последний раз, перед пробоем толщи вод, устроенной «Армадой Яхирре», такую экспедицию вокруг кольца мира пыталась предпринять на караване паровых линкоров одна из «неприсоединившихся» республик запада Континента в надежде достичь центрального Годаи (с последующей колонизацией, как полагалось). Линкоры эти были оборудованны «на совесть» не только навигационно, но и в артиллерийском отношении (по меркам того времени). Эту кругосветку тоже пришлось экстренно прервать, поскольку уже в виду кос дымов вожделенных вулканов флагман эскадры был атакован неопознанным подводным объектом, затопившим бронированный дредноут за считанные минуты.

     Несчастливый «Аберзайсег Дефимай» (Адмирал Дефима), напоминавший британский «Худ», здорово покорёжило «ударившей снизу скалой» - по словам моряков, наблюдавших это грозное явление с других бортов, идущих за флагманом. Флагман «лег» на борт, скала, напоминающая «сегменты круговой пилы» подняла его над водой «как доком», и в его корпусе образовались, как можно было видеть, «надломы». Сделав своё гадкое дело, скала «тёмного материала в облаке пара» нырнула обратно в пучину, создав водоворот, который затянул корпус повреждённого «Адмирала».

     Не то чтобы моряки «впали в панику» – это впадение мореманам не свойственно, но было решено за флагманам не идти. Акустики подтвердили, что никаких лишних шумов, помимо обычного бурления с урчанием вблизи вулканических полей перед «всплытием скалы» слышно не было. Вообще хождение влизи вулканических островов всегда чревато всякими сюрпризами «из-под воды», но обычно они ограничиваются газовыми пузырями, к каковым «сюрпризам» уж дредноуты-то, да ещё и с химической защитой, были готовы.

     Эскадра попробовала прощупать недалёкое там дно, но учитывая поведение моря, возбудившееся после выныривания губительной «скалы», ушла с курса и из опасного района, отклонившись к берегам Унава. Можно было бы вернуться на курс, обойдя Унава с севера, но цель была поставленна как высадка на центральный Годаи. Для этого и вооружение имелось, но форс-мажор оказался мажорнее. Позднее, в попытках понять что или кто потопил крупнотоннажную посудину, посвящённую мало кому известному Дефиме, пришли к выводу, что, вероятнее всего, это была крупная вулканическая бомба, точнее – пробка, а акустики не могли уловить приближения извержения по той причине, что экскадра не глушила машин, понадеявшись на тонкость слуха этих акустиков и на «гарантийную толщу» глубин, превышавшую пресловутые семь футов.

     Перед глубинным извержением может не появляться известного по наземным вулканам характерного конуса, но обычно купол дайки раскалывается от перепада температур. Попасть в эпицентр столба пара, вырывающегося из пузыря воды тоже не здорово для любого судна, но может и не привести к его гибели если инерция хода, плавучесть и защищённость команды от пара позволяют «зарывшись», но выйти на чистую воду. Примерно такой подводный катаклизм случается при взрыве мины, подоравнной слишком глубоко, не под самым килем судна, который она призвана поразить. При извержении широкого подводного вулкана, конечно, любому судну, попавшему под удар стихии, можно петь отходную, но обычно такого рода извержения предваряются характерными звукам и явлениями пузырей, отлично заметными на поверхности океана. Из опасной акватории над просыпающимся вулканом можно успеть уйти задолго до взрыва.
     Аналитики предположили, что «Дефиме» сильно «повезло» нарваться на старый купол, а броненосные корабли совсем не приспобленны для того, чтобы ползать по суше и оттого броня треснула, после чего судно потеряло целостнось обшивки, упало в воронку уже разломанным и с отрицателной корпусной плавучестью. Всё это логично, но как бы то ни было, океан в близи Кольца и этим случаем подтвердил свой обидчивый и вздорный характер. Океаническое картирование фарватеров в Уве дело столь же необходимое как в земных условиях, а вот спусакаемых аппаратов для этого картирования придумано не так уж много.                 

**~**~**
   Антарктические широты никого настолько не привлекали, чтобы специально их достигать. С той стороны океана напротив Дента есть архипелаг Шин Хо (Иноглавия, если пытаться адаптировать название к земному «канону»). Шин Хо обитаемы. С ними вели торговлю, до недавних (в историческом масштабе) времён, только через хуни. Это что-то вроде Австралии, но Австралии сильно холоднее, влажнее и рассечённее. По климату, не учитывая прочих «входящих в набор величин», условия Шин Хо могут напомнить Аргентину. Жители Архипелага (обычно даже не пишут названия, просто «Архипелаг», всем понятно какой) достаточно культурны, но не сильно общительны. Южнее Архипелага море отменно студёное. Свой путь из Жервес в Шин Хо люди проложили вдоль Дента, дальше надо соваться под Кольцо, хоть ты бревно оседлай.

   Погодные условия с южной стороны Кольца отличаются от условий с северной стороны. Достижение Шин Хо при проходе с севера на юг легче с восточной стороны Дента, чем с западной. С восточной стороны достичь Шин Хо можно не сильно удаляясь от берегов видимой суши. Есть сложности с дыханием и с материалами судов, но с прочими проблемами в переходах между островами хуни научились справляться.
   При огибании Дента с запада от прямой видимости берега надо удаляться – каботажное плавание невозможно. Никакой навигации по звёздам в Уве нет – звёзд на небе нет. Чешуйки перламутра для навигации непригодны. Компас при подходе к Кольцу отказывает. Люди на Шин Хо ходили с западной стороны Дента, определяя силу и направление течений с господствующими ветрами, ночью полагаясь на визуальное определение севера за Кольцом по самому Прогибу, оттуда тоже видимому (хоть и не так отчётливо как из северного полушария).

   Фарватер от южной оконечности Дента, называемого пошло - Лопаткой, был промерен с очень большими погрешностями. С той стороны Прогиба по судоходному маршруту имеются несколько островов, ориентируясь на очертания вершин которых, прочерченных с разных ракурсов, можно примерно определить своё местонахождение в океане. Вся акватория «бесконечного» треугольника Балала западнее этого маршрута, в области влияния Экваториального Кольца до похода «Армады Яхирре» оставлась с мифической картиной донного рельефа. Нет, надводные флота там ходили, огибали Остров, который торчит сушей и с той тороны Кольца, там есть даже пара приличных портов (и ряд неприличных рейдовых стоянок).

   С той стороны Острова, южнее Кольца, можно пытаться ходить морем, хоть и трудно из-за громадного количества рифов и отмелей. Всё хождение по открытой воде океана южнее Острова Урамбу до середины прошлого века ограничивалось прибрежным, уверенным судоходством. С западной части Острова, если  поставить себе цель «идти строго на юг», экспедиция упрётся в ледяные торосы Юнного полюса. Южная часть архипелага Идаи (Годаи) находится значительно западнее этого направления движения. Но насколько западнее? Авиация прошлого века ещё не позволяла ни преодолеть, ни «заглянуть» за Прогиб.    

   В фильме на роль «Армады» была нанята наша лодка проекта «241», напоминающая очертаниями и габаритами это историческое судно, но существенно отличающееся от него как по чертежам, так и по внутреннему содержанию. Прежде всего контурное отличие киношной лодки от настоящей – у электродвигательной «Армады» не было такого «трубного» высоченного «плавника» и рубка смотрелась значительно шире. В башне-горбе «Армады» были уложенны «крылья» электрозаборного устройства и муфты изоляции штырей. Атомные двигатели на лодках появились значительно позднее.

   Плавник «Армады» был высоким для своего времени и продолжался «со спины» длинным горбом, но не таким широким горбом, в который в современных земных лодках расположены трубы баллистических ракет, а во флоттерах  – самолётные ангары. По правде, если смотреть сбоку и без учёта габаритов судна, то «Армада» больше всего напоминала бы лодку класса «Огайо» или даже советского «Сома», только с рулями высоты, помещёнными на корпусе. Слава киношникам, не пошедшим на поводу у желания «сделать картинку» почуднее. У «Армады» не было в хвосте корпуса никакого выступающего вверх «рулевого оперения» - вся рулевая система была спрятана под ватерлинию, так же как и всё способное вызвать интерес наблюдателя со стороны.
   Необычными для того времени были габариты лодки, черезчур «объемной» для своего времени и начинка этой лодки, включая специализации членов экипажа. Постройку новой субмарины секретили не сильнее обычных мер для такого рода строительства, но зверски ограничивали доступ к деталям внутренностей «Армады» и её испытательной «близняшки». Собственно часть оборудования, которое было установлено на «Армаду» до сих пор проходит под грифом «совсекретно», не смотря даже на прошедшую войну с переродившимся тогдашним союзником по Континенту. Что ещё сказать о внешнем виде авангардистской «Армады Яхирре»? Лучше один раз увидеть – кадр из фильма, ставший одной из его «визитных карточек».

⥏ 家 ⥑

     Пресекши происки перерожденца из агентов Чихербе и закрутив его в аортацию, «Армаду» спускают на воду, украшают флажками и нагружают высоколобой командой. Инженер Инерин, стоя на пирсе, смахивая солёную слезу, подаренную ему рвущим флажки пассатом, обнимает жену, оставив альтернативную жену в задумчивых чувствах...
Так - в фильме. В жизни всё было куда хитрее.
     «Армаду» спускали на воду из базы, отправляя в дальний путь, при узком присутственном собрании, не обвешивая флажками и без оркестра, но через два дня после ухода секретной подлодки глубинным вектором из устья Езара, обвешали флажками леера «тренировочного заместителя» «Армады», выпущенного для широкой публики, стремящейся увидеть и обсудить это чудо техники. Кроме флажков тестер- близнец был обвешан объёмными выпирающими баками. Тестеру сделали тюнинг и макияж, выкрасив его выше ватерлинии в голубой с бордовыми косицами. Луфф на дельте Кашублы такого голубовато-зелёного оттенка, так что изображавший «Армаду» тестовый заместитель смотрелся на этой волне как родное «чадо моря» , но с неким «посланием» своим бредовым узором, хоть этот узор и вызывал пересуды о смелости решения. Кто знает, какие шизги водятся в морской пучине и как они это поймут? Вот, значит, до чего дошла наука!
     Тюнинговые украшения в виде навесных цистерн и кранов преобразили вид «близняшки», позволив желающим рисовать себя. У карнавальной лодки были серпы, ангар и катапульта для планера. Команду крашеной лодки народу всё же не показывали, чтобы затесавшийся в толпе сообщник кого не сглазил.

     День «близняшку» держали у видного из города пирса, догружая оборудованием и провиантом, в шесть на ночь мигающая огоньками лодка, после напутственных слов от мэра города и какого-то морского чина в полной маске, под слышимые из города медные фанфары отчалила от дальнего пирса и, светясь кильватерной полосой, взяла курс на югозапад, огибая волнолом увитого светляками фонарей серпантинов Огнаргида. Ещё на рейде города «близняшка» нырнула в глубины Луффа, показывая, что она подводная лодка, а не надводная.

~*~*~
     К тому вечеру, когда домохозяйки вилл среднего класса Айерштайзе, выйдя на балконы, делились со своими горничными приглядкой к удаляющемуся во тьму залива чуду нашей техники, настоящая «Армада» на полном подводном махе уже выходила на глубины широкой волны Западного океана. В целях пресечения обнаружения себя кем бы то ни было команда «Армады» вблизи берегов шла исключетельно погружённым ходом, что замедляло продвижение, но и не показывало присутствия лодки на волнах.
    «Армада Яхирре» шла вблизи берега Острова даже не под перископом, только на эхолокаторе и по выставленным створовым катафото подводного уложения, «по швайке». Ход «по швайке» - лёгкий способ подводной навигации в Уве, по фарватерным буям, как по тропинке. Буи эти скидыватся пачками, временами их набор обновляется, а «заряд» вымывается, так что кража части ядер морским зверьём не отражается на качестве навигации по этим «гнездовьям».

     Обе лодки шли измерять глубинное неведомое южнее Острова под Кольцом в обход Острова - и настоящая и публичная, «долгим» маршрутом. Канал сквозь озёрный перешеек Памбы был проложен со времён давних, поддерживался и расширялся, когда на то были государственные ассигнования, но пропускать по нему «Армаду» посчитали небезопасным в разных отношениях. Путь лодки до северного выхода в акваторию Балала сократился бы, но лодка слишком долго шла бы по замкнутой акватории, потом по каналу с вынужденными свидетелями... Перед командой настоящей «Армады» стояли цели не всем известные, департаменты мореходства обоих концессионеров установили западный путь.
В фильме «Армада» несла некий «лучевой сканер», пользоваться которым следовало с осторожностью – при демонстрационном показе оно проделало дыру в щите стапеля. Мирный инженер Инерин в установке этой штуковины на рубке не примал участия, поворотную трубищу уставливали «люди в синем»...
     Загостивший у нас инженер Гарин Толстого там сидел за бочкой, полный предвкушений. Птиц эта микроволновая труба «лучевой пушки» не поджаривала, но была предназначена для обороны от морских гадов и пробития кольцевого рифа, каже он на пути всё же случится. До похода «Армады» в народе была популярной такая байка, что под Кольцом плавает извивающийся риф, что-то вроде очень большого морского змея, но и не Яхирре, а его вроде как «конкурента»... Или «что-то там плохое».
     С последним соображением поспорить трудно, но слухи обо всяких выниривающих чудовищах, с которыми можно разобраться дальнобойным оружием в народе ходили твёрдо. И не важно, что соседнего «Адмирала» забодала скала только на подходе к Кольцу! «Нам не всё рассказывают!» На ходовой рубке торчал некий поворотный «горб», это было. Только как себе представляли сценаристы использование этого лучевого оружия из подводного положения? По перископному наведению? Пусть эта загадка останется на их совести.

     Торпедных аппаратов на «Армаде», что, наверное, удивительно узнать вам, не было. Условия морских боёв в Уве отличаются от подобных баталий Эрдо и задачи настощей «Армады» обязывали команду избегать стычек с противником, которого надо поражать торпедами.

~*~*~
     Спустя десяток дней настоящая «Армада Яхирре», выполнив глубинное огибание северо-западной оконечности Острова, вышла на простор общего «фарватерного» океана, развернула нос прямо на юг и на глубине в неполную сотню метров неспешным ходом направилась прямо на юг – под недалёкое там Кольцо.

     Тут в фильме показывают панораму Прогиба «из перископа», чего взаправду не было – команда основной лодки, идущей в неведомое, исполняла указ о полновозможной скрытности. Её карнавальная близняшка, уже смыв нестойкий праздничный узор, тоже покинула ворота Луффа, но, не следуя за лидером, «прижалась» к видимому берегу Острова и не таясь высунула перископ – глянуть окрест: нет ли поблизости чьих, увязавшихся за лодкой, акул пера? Задачи у экспедиции были поставлены исследовательские, открытые и обе лодки этой легенды и придерживались.

~^~
     Сценаристы фильма про первую лодку не рассказывают, «считая и показывая во всей красе» только вторую - голубую с разводами. Любопытно, что по документам и была только одна лодка, одно изделие, но некоторые отсеки в этой одинокой конструкции почему-то проходили под разными цветовыми кодами. У «близняшки» была кодировка чётных белых отсеков, а у «настоящей» чётные отсеки именовались «жёлтыми». И в этих жёлтых всё было немножко не так как в белых, хоть при наложении открытых чертежей и может возникнуть чувство голограммы... Часть оборудования в «жёлтой редакции» идет под «розовыми» кодами, от военного ведомства, а часть – под синими, публичными. Почему «люди в синем» от хонто устанавливали розовую разметку - отдельная история, но на плане чётных белых отсеков этих рундуков вроде как и нет. Только чёрные, технические. А специальное обородование на этом чёрно-белом варианте так и вообще никак не обозначено. Принадлежность машинного отделения, «смотри отдельную документацию» «по доработкам».

⥏ 家 ⥑

     Внутренность первой, тайной лодки была с розово-золотым отсвечивающими панелями, но этот цвет (и некоторое очень дорогостоящее оборудование) видимой начинки, выглядевшее тоже по-царски, устанавливалось не затем, чтобы команде было жить «как в золотом отеле», а из венчурно-психологических соображений. «Армада Яхирре» изнутри напоминала местами и отсеками «спальный вагон» времён паравозной тяги. Испытательно-отвлекающая «близняшка» была внутренне попроще, но команда её состояла из грубых военных моряков, с добавкой команды «кортиков» и с приказом, который можно назвать нашим аналогом «разрешения на разбой» - при обнаружении явной слежки за судном команде сайрак «идальго» было разрешено топить кого угодно, будь у подозрительного борта хоть королевский вымпел.

     Опасность козней и диверсий при разведке морских путей людьми со стороны нашего восточного соседа не иллюзорна, но обоснованна. Торговая конкуренция. Хуни никогда не нравилось, что любые представители людей смогли, не смотря на долгое сопротивление и Прогиба, в том числе, прийти на «их» Архипелаг по западному пути, протянув вдоль Дента фарватерные створы. Эта неприязнь выливалась в неспокойствие как в море так и на суше, в исчезновения судов на пути к Архипелагу и в прочие бури в окрестностях Дента. Хуни не хотели (да и не хотят) делить «свои» океаны и свои морские пути с людьми. «Армада Яхирре» не могла остаться вне интереса восточной стороны, тут сценаристы «Ушедшего» ни разу не соврали, но скучно снимать кино о днях медленного блуждания около Кольца в режиме «тихохода» на колебательных двигателях, которыми была снабжена отвлекающая «близняшка» и с примерзающими к стилетным поршням «идальго», акустиков, застывших в обручах, моранов над «тарелками», эхолотчиков, следящих за тройными линиями барабанов самописцев... Да частью тот быт показывать всем и не желательно. На «близняшке» аппараты с торпедами были. Четыре носовых и два кормовых. И палубные «стилетные» глиссеры. И «лучевое оружие», по видимому, имелось...

~*~*~
     При приближении к фронту «наклона неба» настощая «Армада» вышла на перископную глубину и раскрыла «горб» за спиной плавника, извлекая оттуда штангу плавникового токосъёма. Выглядело это с поверхности воды, как показали нам в кино, так, что из-за виднеющегося под морской гладью тени «плавника» выпрыгнула на морские волны пара мостовых понтонов, за ей - другая пара, третьяя... Эта кавалькада, напоминающая понтонный мост, выброшенный посреди океана, выстроилась на волнах и из середины этой связки потянулась вверх, к нависающему среди ясного неба розоватому Пологу, телескопическая антенна. Команда, сидящая по отсекам, как научники так и обеспечивающий персонал не занятый в операции, затаили дыхание глядя на потолки: одно дело проверять работу токосьёма на стендовой модели, другое дело – входить под Полог. У инженера Инерина на берегу ёкнуло сердце...

     Может у исторического Инерина и ёкало, но вывод токосъёма не связан с «мостовыми» понтонами, которых на «Армаде» не было – слишком много места они занимали бы в лодке. Выйдя на перископ, походный капитан «Армады», Говерш ди Стемлех, поставил криптой в ходовом журнале «горизонты чисты» и продолжил всплытие до «палубы». Никакой опасности лодке от близкого, но не нависающего Полога быть не могло. Что на обоих лодках было это тримаранный плот, сложенные «крылья» с тонкими поплавками снизу. Не знаю, почему бы это зрелище было и не показать: из «горба» за спиной высокой части «плавника» по приказу «Начать выдвижение электрозонда!» выдвинулись, раскрываясь как листы тетрадки, ложась на колеблющиеся волны, гармошки широкого «приёмного стола». Лодка стала походить в плане на гигантскую прямоугольную бабочку, продолжая втягиваться, почти не оставляя кильватерной полосы, под Полог.

     В музее флота Айера показывают это разложение «крыльев бабочки» на модели 1:50 – завораживающе. Видно, что та техника недалеко отошла от паровых котлов, но уже столько ажурности! По команде «Раскрыть электрозонда парус!» из «горба» выдвигаются чуть вверх и в стороны «шомполы», ложатся почти на «крылья» по бокам лодки и уже после этого по неслышной команде из этой розетки тянется вверх, как притягиваемый потолком демонстрационного ангара, пушистый венчик на телескопическом шпиле, от шайб которого на «крылья бабочки» тянутся ниточки... Примерно такая же схема выдвижения и у антенны длинноволновой связи, которая хоть и по прямой, но в Уве работает. Инерин, который наш исторический, сообразил как автономный заборник сделать, а антенну эту, «шпилевого выброса», придумал не менее исторический «их» Сеаль Даушке. Это так, ворчание старика...

⥏ 家 ⥑

     Лодка идёт навстречу Прогибу, под него, кажется, что посверкивющая стена сейчас раздавит дерзкую иголку между двух рядов крошечных понтонов с воздетым к небу блестящим шариком, которые так мизерны перед зарницами на полнеба, гуляющими внутри волны Кольца. И тут тоненькая огненная ниточка протягивается от стены к шарику. Мы видим змеистую молнию от муфты к муфте ниточного «шпиля из лодки», подпрыгнувшие зеленые точки на серых шкалах осцилографов, плотные катушки, синеву в их тулупах... Ниточки молний тянутся теперь к шарику на фоне стены одна за другой, радость на лицах поздравляющих друг друга белых халатов во чреве стального зверя, растут индикторы заряда батарей...

     Когда лодка успела выработать ресурс батарей так, что их надо подзаряжать до такого восторга на лицах учёных мужей? Фильм умалчивает. «Батареи заряжены» докладывает на кокпит некий мичман [это не его дело]. «Свернуть электрозонд!» с хрипотцой в голосе приказывает видавший виды морской волк, чернобровый, крутоплечий капитан Говерш... [ сложно – Говерш был чернявым, мелким, с комплексом неполноценности по этому поводу. И бороду завивал. Киношники его «метр с кепкой» немного нарастили и в начале похода побрили. Потом актёр, потрясая червлёным портретом, волосатость своей роли вернул ].

     Шарик на стебельке перевращается в спираль, гасящую притяжение к себе молний, и проваливается вниз вместе с сокращающимся и утолщающимся шпилем [ оно не так работает, но бог с этими техническиеми деталями ]. Колос становится толще и толще, сегментами уходя в «горб» [ запуск баллистической ракеты в обратном порядке, кто понимает ]. Понтоны собираются в щёки как у хомяка, отростающие у лодки, которые как-то тоже прячутся в этот горб... [ игроки, набирающие себе разное оружие по ходу их игровых миссий в RPG, сообразят как это возможно - все «мостовые понтоны» туда уложить. Сплюснув?... ], плавник рубки теряет в высоте над волнами, погружаясь под Прогиб, достающий до краснеющей под ним воды. Если кто забыл: лодка эта, которая в кино снималась, всё ещё чуть голубоватая, в бордовых разводах...

     В жизни «Армады» (красноватой, но без голубого) было всё проще. Вокруг высотного «венчика» при подзарядке появлялось голубоватое свечение, молнии бывало к нему и липли, но зарядка не потому происходила. Сплав, из которого делали этот шарик и антенну, тугоплавкий и дорогой. Дороже половины «золотых панелей». Океанская волна с нашей стороны Прогиба – серая до стальной. Даже как-то страшновато с непривычки – невольно ожидаешь, что она проводит электроток. Крылья «бабочки» сворачивались быстро и компактно, Ларондал Инерин был не «киношным» инженером. Не понтоны же!... Зарядки с одного «запуска» хватало надолго, но «Армаде» нужны были компенсаторы, тяжёлые шины и выпрямители. Остальное в фильме - близко.

     Команда «Армады» с «жёлтыми» чётными отсеками, делилась на военно- морской персонал от хонто, обеспечивающий техническую сторону предприятия и две группы учёных смешанного гражданства. У научной группы тоже были углы – сугубо мирных представителей в команде не имелось. Флотский начальник экспедиции, Тига Ф. Дастарья, был в чине халькарна, что соответствует капитану третьего ранга и по выслуге он был даже выше ди Стемлеха, превосходя того и статью, и ростом.

     Тиге Дастарьи было к началу экспедиции уже крепко за полтинник. По научному ведомству он занимался, как положенно, картографией, но труды его, «для служебного пользования» проясняли перспективы и практику обустройства северных баз флота «смешанного типа». Перед тем как отправиться за Прогиб, Тига оборудовал базу ВМС хонто «под авророй» северенее Косы. Что намекает... Ещё Тига Ф. Дастарья был натуралистом, любившим и знавшим подводный мир доступного ему по служебной необходимости сектора северной акватории.

     Каюты персонала на «Армаде Яхирре» отличались от обыкновенных кают на морском судне: освещением только от внутреннего ресурса, каютными средствами гигиены и регенерации. У комсостава каюты были индивидуальными и двухкоечными, у младшего звена – четырёхкоечными. Все каюты были снабжены шептунами, внутренними телефонами, омонибами, аптечками и т.п. средствами. Кают- компании для научного персонала не было вовсе – пища доставлялась по пищепроводу, вместо кают-компании были  «залы отслеживания», где круглосуточно несли вахту люди из исследователей глубин, посменно. На «Армаде» был сформирован операционный лазарет с анабиотическим оборудованием, что было для тогдашних субмарин прорывно (в походе, если случались ранения, отравления и прочие недуги, ограничивались введением в управляемую кому). В каютах комсостава было смонтировано мониторинговое оборудование, рабочие столы. Конструкторы «Армады» постарались сжать необходимые людям перемещения по всем пяти проходам лодки до нескольких шагов, не группируя более восьми душ в одном помещении, но и не позволяя людям оставаться надолго в одиночестве, хоть по работе. Эти конструкционные меры были продиктованны прецедентами, с которыми сталкивались ВМС морских держав Ува. Хвостовая часть «Армады», что непривычно для земных лодок (с любыми типами силовых установок), не была целиком занята машинным отделением. Да рассматривая и прочие отсеки лодки любой земной подводник впал бы в задумчивость. 

     Обстановку рабочей уверенности, с короткими деловыми репликами, с картированием видимой части дна и принюхивающимся движением Армады под Кольцом, киношники передали здорово. Тубус лодки не «просвистывает» на экране сквозь красноватые воды океана из конца в конец экрана, но степенно поползает, ворочая толщи воды расставленными на «лягушачьих» консолях роторами. Следует, возможно, напомнить, что в океанском флоте Ува применение «плоских» гребных винтов стало возможным только недавно – лодки середины прошлого века, так же как и надводные суда, перемещались не винтами, но шкивами, водяными колёсами, иногда – врисами (вибролентами). На подлодки и крупные океанские суда ставили, как правило, шкивы. Бывали там трубы разных водомётов... У ротора есть преимущество перед допустимыми для лодки иными тяглами – на сдвоенном роторе можно ползти по дну шельфа (при вынужденной потере высоты или плавучести). По дну можно и ножками и даже на гусеницах, но если «ножками» или захватами ( как у «глубинных танков» что наших лобстеров, что «производства HR» ) в толще воды ещё можно осмысленно помахать, то гусенницы там совсем неуместны. На Армаде были поставленны альтернативные двигатели, но крейсерский ход обеспечивали роторы.

     Гребные роторы это не такие тяжеленные толкательные спирали из мясорубок, хоть они и похожи, а ленты спицевого армирования. На винт из мясорубки ротор похож, но пропорции не те. Больше всего двигательные роторы напоминают шурупы. Ещё ротор не создаёт характерного шума гребного винта и даже гасит часть шума недалёкой машины судна. У «Армады Яхирре» было четыре ротора-винта, но при обычном ходе использовались два, вынесенные на чуть выступающих консолях в стороны от корпуса.

⥏ 家 ⥑

     Вопреки опасениям плебса, под Кольцом не обнаружилось гигантских змиев и даже «спящих» под водой коварных «скал с пузырками». Была и такая версия от народа... Дно под Кольцом поднимается к поверхности, Шрам Итыла по курсу команда откартировала, насколько позволяли геомагнитыне искажения. Пройдя примерно до географического экватора, по карте скорости и векторного отклонения «Армада» остановилась, погрузившись на максимально допустимую глубину спускаемого лага.

     В океанах Ува электромагнитная локация не даёт обоснованной картины твёрдого дна, к сожалению. Нужны множественные замеры, с выпуском подвешенных буев, на разных уровнях или йiангма (морская магия), или «рыбная разведка». В общем с определением глубины в открытом океане - тяжело. Вместо всех этих мудрствований для точечного флага бросают лот, как встарь. Сложность определения «точки на карте» облегчалась предположением от океанографического общества «Армады», что рельеф дна - перемежающиеся ступеньками «колбаски» и «извилины» ложа океана, видные на графиках эхолокации - как-то связаны с нависающим над Кольцом грозовыми «занавесками». Это предположение оказалось локальной закономерностью, как выяснили впоследствии, но тогда из камеры нижнего брюха от «хвоста» лодки вниз ушёл вертикальный груз, за которым потянулись канаты и кабели контактного зондирования...

     Глубина, на которой грузило лага ткнулась во что-то твёрдое никак не коррелировала с показаниями приборов, что насторожило научную команду лодки. После прорисовки страты замеров по нескольким точкам, выявилась, что внизу дно Шрама похоже на гребёнку, если доверять лагу. Эхолокация, в том числе акустическая, пасовала и этой «стиральной доски» не показывала. Означало ли это враньё приборов, что лодке до сих пор сказочно «везло» и в горизонтальном её смещении, где навигация осуществалялась по радару, который пишет так же отражённую волну? У «Армады» был «ночной укол» в виде венка и веника, попросту – курсовой механический щуп, которым можно было по древнему нащупывать дорогу в условиях поломки радаров (конструкторы перестраховывались и такие щупы были и по бокам и даже на брюхе лодки).
Было решено подняться к поверхности вод и попробовать если не всплыть, так как-то визуально убедиться в отсутствии в окрестности лодки серьёзных препятствий. Может быть лодка давно перешла в некий другой континуум, который иногда открывается, по ряду легенд, внутри Полога?

~*~*~
     В Гатиге, надо сказать, чуть ли не предельно удалённом от Полога (на Северных Панитах) городке, где рядом имеется озеро с аномальной электроёмкостью, есть даже такая секта, рисующая Полог как бесконечный пояс, отрывающийся от Ува и уходящий в закрайние глубины харса, где водятся буки. Может быть лодка давно в этой трубе, а всё окружающее «лишь кажется нам»? Был в команде уроженец тех мест из группы химиков, «полями вскормлен, лесами топлен». ( Как ни «вневременно» это звучит, но в анкетах научных работников хонто того времени писали «чин происхождения»... ) Химик этот хоть и скептически относился к «поверью родного тёплого хлева», но, прознав, что лаборатория находится «неизвестно где» неосторожно пошутил, что теперь-то ему будет что рассказать тёткам – он там был! Шутка эта осталась бы невписанной в историю, если бы не прозвучали слова о рассказе «для тёток» под пирожки. Все участники похода были упреждены от «широкого оповещения», хоть режим секретности и не был «расстрельным». Неосторожному на язык юмористу напомнили о подписке, запись «о тётках» попала в записи контразведчика от «концессии». Таких имелось несколько на лодке, имён мы не знаем, но они были. Дневники-заметки были подписаны псевдонимами и легли в спецхран... Тут киношники не вдавались в подробности, усилив «проверенность и сплочённость».

⥏ 家 ⥑

     При выходе на перископную глубину узрелось, что ночь под Кольцом не везде одинакова ( по бионической привычке научная группа проводила эксперименты днём, хотя потом это правило и было нарушено ). Обычно под Кольцом, на прогалинах в «засветке», ночь «золотая», тут же вечер был скорее «сиреневым», как виделось в малый перископ.

     Лодка вышла на палубную глубину без открытия люков газозабора. Кругом лодки простриался густой туман, закрывающий ближний обзор. Тут бы вытащить из тумана какое чудище, но режиссёры на такою халтуру против фактов не пошли. Армада Яхирре всплывала внутри Кольца не единожды, достойных чудищ не встречала, хотя и сталкивалась, в том числе – носом, с любопытным. Дезориентация в открытом океане - вещь неприятная. Если судно мирное и прописанное в портовых кадастрах, то можно мигать прожектором, включить ревун и ждать, пока кто-нибудь, пропылывющий в окрестностях, откликнется. Потеря ориентации для судна вне торговых путей печальна, если рядом нет никакой суши или банки, за которую можно хотя бы зацепиться. Уверенно ориентироваться по знакам ночного неба в Уве никак, а под Кольцом и подавно небо - загадка. На многих судах, идущих в открытые океаны Ува, держат и подкармливают сидогов (прим. - адекватная адаптация принятого названия), таких морских зверушек, способных вывести к суше по одним им известным ориентирам. Однако поблизости от Кольца сидоги сами не плавают. Возможно, их смущает электронасыщенность, цвет океана, определяемый здесь оксидофилами, иные химические составляющие – пёс их знает...

     Под Кольцом вольготно чувствуют себя острова шугровов, выплывающих на чистую воду. Умирая, что целиком с ними случается редко, но, по малопонятным причинам иногда они «вымирают» (подозревают островные пандемии), шугровные островки выносит из под Кольца и некоторое время они дрейфуют под ветрами, постепенно распадаясь на волокна. В мертвых и умирающих шугровах порой откладывают яица рисковые морские чайки вида Galsagnesia, и в прибитых к рифам Острова «шугровниках», взбирающихся на рифы «колтунами», эти хулиганки успевают высидеть птенцов. «Армада Яхирре» была готова к встрече и к изучению этих плавучих аборигенов Прогиба – плывущие «внутренними» маршрутами шугровы встречались многим лотсманам, преодолевавшим экватор, вынужденным глядеть наружу во время прохождения «рвущей дыхалку» зоны. «Куда держат путь шугровы?» это вопрос не совсем праздный и только для изучающих погоду за окном двоечников, но ни шугровные «острова», ни мелкие водовороты на ровном месте под Кольцом, ни даже грозные молнии для легко уходящей на глубину «Армады» опасности не представляли.

     Причин возникновения морских водоворотов вдали от проливов и вне полосы прибоя «Армада» не выяснила, но дежурящие во время хода на мелком погружении наблюдатели зафиксировали момент возникновения такого водоворота. Из «обзорного окна» возникло впечатление, что сначала вверху, при потолочной поверхности воды было какое-то затемнение вроде плёнки прозрачной ткани, неожиданно эта ткань собралась в плотный комок и рванула почти отвесно вниз, в тёмную глубину, оставляя за собой блеснувшую вогнутостью яму, быстро закрутившуюся в длинный, тонкий водоворот. В скриптах наблюдений, коричневым грифелем (соображения профильного специалиста), отмечено мнение одного из штатных океанологов «( персональный цифровой код ) Парящий охотник? Сход. - сокол / хувак, пйм / стт?». В такую «яму» может быть затянут отрицательный газовый заряд, кручение слоистой стенки водоворота может создавать разность потенциалов, так что не исключено, что ряд «слепых» молний Прогиба, бъющих в океан, обязан этому «соколу-хуваку», в других частях северной акватории Ува не замеченному.

~*~*~*~
     Молнии не пробивали окрестностей всплывшей на линию палубы «Армады», но окружающий туман темнел – на Кольцо приходит вечер, так же как и на весь остальной мир, сменящийся ночью. Вечером в Уве видимость бывает похуже чем ночью: искажается преломление теней и размываются их края. Но так - на суше. Морской вечер обычно для глаз человека лёгок, только не в тумане под Кольцом. Внутри Прогиба привычная ориентация теряется. В открытом океане вообще направление определимо по слабым признакам: розы ветров да куда Ошон идёт. Вечером и утром в океане понятно, где восток, а где запад. Под Прогибом же ясного Ошона не видно и днём, но видны его широкие ободы и бывают копии светила. Теней нет, ветра порывистые и в сторону ближайшего пробоя. По стволам и наклонам молний этих можно обнаружить выход скал и суши под Кольцом. И сам Прогиб не монолитный, там бывают и прогалы и целые извилистые «проходы». В целом Прогиб внутри, да и снаружи, если к нему приглядываться, это такая толпа розоватого тумана с более плотными колоннами быстро собирающихся туч, почти упирающихся в поверхность воды. Вечер здесь сменяется ночью быстро с единственным ориентиром – сверху, где «фонарный обод». По направлению угла этого обода относительно корпуса судна и определяется куда встало судно носом - вдоль Прогиба или поперёк.        

     Для навигации вблизи Кольца и под Кольцом никакие магнитные приборы не пригодны. Компас не работает, длинные волны «сбиваются», короткие теряются в сплошных помехах. Ночью, если повезёт выплыть на прогалину грозового фронта, видно ночное небо непривычного оттенка, будто сверху, над скорлупами, протянулся городской проспект, освещённый тусклыми фонарями. Днём над головой проблёскивают зарницы, часто дождит, неведомо откуда наползают клочья тумана, бросающегося пеной, крутятся «ветвистые» воронки, как в игмекарта. Дышать открытой газовой смесью человеку под Прогибом почти невозможно из-за аномально высокого для наших лёгких содержания кислорода и озона. Отравление последним при вдыхании его гарантированно. Под Прогибом нельзя использовать и шаговый угломер ( измеряющий угол, на который Ошон поднимается над горизонтом ) – центра Ошона не видно. К тому же «углом» можно определить широту, но на экваторе этот угол как-то малополезен.

     В надвигающейся ночи стало понятно, что «Армада» отклонилась от намеченного курса, попав в лабиринт незаметных оклонений, где горизонтальные ориентиры смещены, а глубинные врут. Для ухода из-под Кольца по верхней воде нужны были ориентиры, проплыающие мимо шугровы плыли по своим делам, и присоединяться к ним, в надежде найти лотом покатую мель, было бы хамством.

     Киношники придумали тут «проходящее по касательной» чудо, мы же можем рассказать, как оно было без чуда. На «Армаде» был установлен ультразвуковой щелевой локатор, так называемый на флоте «щегол». Муршин его ведает, почему «щегол», но кличка «пискуна» принята. Кроме раскладной штанги токосъёма, в рубке были не только перископы, но разные тюбинги, в том числе и «щегол». Для использования этого кругового локатора, если называть шишку шишкой, его следовало выдвинуть повыше от народа и «крутнуть».

     «Щегол» при работе птицу бъёт, тут «инженер Пётр Гарин» описался бы от счастья... Если бы не попал самолично под звуковой удар клюва этой «птички». Чирикание щегла теряется в плотных парах, он «мычит» на ветровых сдвигах и даёт настолько смазанный экран, чем для материковой аэролокации он бесполезен, но на обнаружение надводных целей в море он хорош (исключая штормовую погоду). Слухи о «дырах в море» под Кольцом так и не получили подтверждения, гораздо важнее для команды лодки было выяснить: можно ли куда-то здесь двигаться? Птичке наплевать на освещённость моря. По картинке со щегла- пискуна вышло, что никаких каменистых плотностей лодку не окружает, что уже облегчало настроение «подвешенностии в штиле».
Ровно, хоть и визуально мутно, смеркалось.

     Под Кольцом, по прохождении его «Армадой», волнение было от умеренного до мелкого. Да и откуда штормам там возникать, если не привлекать биений морских змеев и прыгающих скал? Ультразвук просканировал горизонт на радиус размахом в шестнадцать миль, оправдав данные с широкополосного радара. Океанское ложе – глубоко, вокруг – простор, только куда по этой просторности направляться? Разговорщикам нужны знакомые формы, под Кольцом они незнакомы. Примерные данные, которые могли поставить такие переговоры у команды были и без дополнительных усилий. Прогиб это ведь не стена, поставленная «поперёк моря с неба до дна», но только атмосферная сложность. Под Прогибом полно жизни, простирающейся и на обе стороны его, эта жизнь обменивается с прочим миром как по долинам так и по воде.

     Как преодолевали Кольцо, где прерываются привычные ветра, мореплаватели со времён Сисьюмео? Весельно, с течениями. Несколько трансокеанских береговых течений под Пологом не прерываются, но гонимы не ветрами, захватывающими приповерхностный слой, а путями перемешивания крупных объёмов воды. Теплые массы нагревается на мелководном шельфе или образуются над погружёнными разломами, холодный расствор, составляющий массу океанской воды, опускается. Эти смещения и охлаждения идут по широким вертикальным радиусам, напоминающим в плане гусеницы тракторов. Нет чтобы воде с шельфа, положим, нагретого западного Дента напрямую стечь ниже, подальше от берега, где спокойно охладиться и влиться в холод океана. Эта тёплая вода, как прибрежная река, смещается на банку оконечности Дента, к Лопатке (прим. - мыс Па Спетка, если без перевода, но очень уж похоже на г. Спитак, который никак эту местность не напоминает), потихоньку распадаясь на отдельные косицы, утекающие в глубины Тениреара- Балала. Лопатка же эта, пустынная столовая скала, лежит даже южнее географического экватора. Этим береговым течением под Кольцо и за Кольцо и выходили. Течения вдоль западного побережья Острова можно считать нет – там разбитый островной шельф.

     Береговое течение Западного Дента довольно быстрое, дрейфующее в штиле судно относит к югу (и в открытый океан) за день миль на пятнадцать. С береговыми течениями перемещаются всякие прибрежные животные, семена, попавшие в море деревья, косяки рыбы, в том числе – мигрирующей. Мигрирующих через Прогиб птиц в Уве почти нет, и те, что убиквисты, это очень хитрые птицы, а вот мигрирующей под Прогибом рыбы – сколько угодно.

     Шла бы «Армада» уже привычным навигационным путём вдоль Дента – никаких бы проблем с определением направления выхода из под «полосы препятствий» не возникло бы. Но «Армаду Яхирре» затем и отправили под волнами, чтобы разведать, не единственный путь на юг. «Двойняшка» бороздила Балал восточнее и северенее, связь между двумя сторонами одной голограммы была предусмотрена, но - экстренная. Военный состав основной лодки посчитал, что ситуация частичной потери ориентации не требует такого рода мер, по которым можно было бы неосторожно показать своё присутствие в море подозреваемым в разумности козлищам в Прогибе. Подождав ночи в попытке засечь «обод» (видимо, у моряков всё же было подозрение, что Армада нашего Яхирре всплыла в тех мирах, о которых стоит рассказать тёткам, угощающим долгими пирогами в Тара-Чара-Гопсе) лодка-разведчик покинула неприветливую поверхность, канув в плотную черноту океана.

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑

●●●●●

V-VI

     Южное полушарие Ува можно с полным правом называть миром Океана – суши там мало и она не загромождает горизонт. Южный океан неприветлив, холоден и тёмен. В мрачных глубинах этого океана есть «кто-то», кого мы начали воспринимать как соседа по миру только с появлением электронных приборов, обработчиков тех сигналов, которые нами пропускаются.  Глубинная жизнь великого океана чужда. Судя по косвенным признакам она организована, но мы не можем её понять напрямую в силу наших привычек.

     Люди, подозревающие что «в мире есть кто-то кроме нас» даже не представляют себе, сколь объёмен пласт стереотипов, движущих нашим мышлением в попытках представления иной цивилизации, хоть в чём-либо соразмерной нашей. Мы переносим на «чужих» наши штампы восприятия, наши привычки, наш образ выживания, не задумываясь о том, что всё наше существование до мельчаших деталей зависимо от благ, приданных той природой, в которой мы выросли. Мы полагаем радостным свет сверху, мы наделяем выдуманных «чужих» обонянием и походкой паралитиков, мы пытаемся «привить» им навыки речи и в нашем подсознании, там, за нашими черепушками не можем вообразить живоядящего «разумного чужого». Живоядящий некто? Хищник и откровенный дикарь. Не смущают землян японцы с фугу; французы, потребялющие живых виноградных улиток и мидий; сок свежих яблок тоже не пугает, лишь вызывает понимающую улыбку. «Это – исключения», говорит коллективное подсознание, яблоки - те вообще «не в счёт». Большинство же варят, жарят и пекут... Вот в чём Разум!

     Мы говорим словами, пишем буквами, половина населения Эрдо – иероглифами, но пишем же! Оставляем знаки, читаем их, значит - разумны. И опять в повседневном мышлении не смущает, что ещё каких-нибудь четыре-пять поколений назад наши прямые предки не писали и не читали, легко без таких премудростей обходясь, но и не теряя при этом своей «принадлежности» к высшим приматам, к роду человеческому. Была же, вспоминаем мы мифы, навызываемые нами «историей», элита, которая умела – дворяне, они же судьи. Вот они-то и были великим Человечеством, мозгом культур, подсказывает наша образованность. А те девяносто процентов, которые не писали и не читали были обеспечивающим приложением этой элиты. Таким, не очень разумным приложением, но мы сами произошли от них, этих не вполне умных урамба, потому что, говорят нам учёные – потенциал мозга уже был. Этот мозговой потенциал развился и выдал на конвейере нас, современных, пользующихся столовыми приборами, а не жменёй рис из лохнани гребущих. Те же кто жменёй, они не очень разумные... Потому что гигиены у них нет.

↓ ☱ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ☱ ↓

     Орангутана можно выучить пользоваться ложкой – от этого он станет чуть разумнее. Третее поколение орангутанов, которых каждое поколение учили пользоваться ложкой, ножом и не мочиться у колеса, будут не многим менее разумны, чем дворники. Наши улицы на Эрдо метут дворники, потому что в грязи жить нецивилизованно... Лет через пятьдесят будет неприлично мести улицы, это будет считаться бескультурием и дикостью. Потому что тот мусор, который на улицах будет - по современным понятиям, «валяться» не будет загрязнением. Очнётся какой-нибудь дворник- орангутан от летаргического анабиоза и ужаснётся: «Как бескультурны потомки! Деградация!» Наши мысли привыкли к плену наших представлений о том, что такое предшествовшая нам культура, как она должна выглядеть, какие знаки её нам демонстрируют в роли символов. Паразитические «Чужие» Гигера выглядят как афро-африканские члены, не вытирающие морд после еды (и не чистящие зубов), на длинных, как у кузнечиков, ногах. Они визжат и рычат, чем сразу дают понять зрителю, что они хищны, ошибки эволюции, да, пожалуй, ещё и сумасшедшие – вон изо рта слюни текут, гадость...

     То, что такой гигеровский «Чужой» не мог бы выживать при нормальной для нас, людей, влажности и температуре дольше суток, потеряв всю свою воду, этого в голову зрителю не стучится - «не до того». Большинство рисованно- сценических «чужих» это инвалиды, вытащенные из голов самих зрителей. Главное, что чужие опасны (красная лампочка), но насколько они чужие – не важно. Были бы они к нашей культуре индиферентны - мы бы их и не заметили.

⥏ 家 ⥑

     «Армада Яхирре» столкнулась с настоящими чужими чуть ли не впилившись в них носом, научная команда близко осмотрела их, но ничего для себя примечательного в «островах без прибоя» не обнаружила. Да - большое шугровное поле, простирающееся до горизонта, где виднеются горы. Укоренившиеся на скалах шугры, такая особенность. Исследовательские батискафы «Армады» осмотрели пористую подводную стену из стволов шугровника снизу, их пилоты убедились в том, что в щели между стволов- корней, обросших щетинками-веточками не протолкнуться, вырезали с этих «стволов-корней» образцы для микроскопов.

     Вокруг рифового лабиринта оказалось порядочно живности, представителей которой зарисовали и мемонисты - запомнили. Зарисовка на листы и графическая мемоника в те времена оставлась главным способом фиксации явлений, особенно под водой, где перспектива сжимается, искажая фото. Моряки нашли, что сквозь стену из стволов к видному берегу надо «проламываться» хоть по верху, хоть понизу и предложили найти обходной фарватер.

     Океанографы и ботаники увидели не более чем укоренившийся в шельфе шугровный лес и, подумав, подвели привычную базу для объяснения такого скопления номадов моря: господствующее течение. Шугровные заросли южного океана вблизи Годаи представляют из себя поверху морскую трясину, с торчащими там и сям «роговинами», шестами. Ближе всего, пожалуй, для этого «поля» подошло бы название заросшего озера океанского сфагнума, черновато-зеленоватого, с тарелками «купавок» между костей-бивней. С «Армады», пришедший «на рейд болота» пустили к беловатому небу обзорные шары, показавшие дальний гористо- обрывистый берег, не напоминающий заселёный.

~*~
     Освещая этот этап великого похода коротко: весь рейд южного Годаи оказался недоступен для подхода к протяжённому берегу, доступному для высадки из-за бесконечных полей зарослей «мхов по пемзе». Пройдя до кромки тяжёлых льдов «Армада» так и не нашла надводного фарватера, способного пропустить любое крупное судно к берегу. Судя по наблюдениям с воздуха, с запускаемых мобильных шаров, вблизи берега имелись промоины чистой воды, и, если верить её цвету, даже пресной. Прибрежная местность выглядела гористо, базальтово, обкатанно безлюдно, с участками кустарниковой растительности и необитаемо, если не брать в расчёт мелких чаек, крупных птиц вроде морских орлов, видимых плохо. На протяжении всего обхода края водного покрытия с востока дули сильные, почти штормовые ветра. Подводная часть зарослей снижала волнение, так что лодка могла долго оставаться на поверхности, в «речной» качке.

     По воспоминаниям военморов этот рейдовый обход рифового леса был скучен, но спокоен. Зрители таким оборотом дела были бы крайне разочарованы, так же как и вы, читатели. Показывать рутину в кино нельзя – под неё засыпают. Это океанографам и картографам было рутинно и легко: плановые спуски, плановые замеры, обед по расписанию, отчёты, сверка, без происшествий и авралов. Сценаристы придумали некого «сварного краба», решившего напасть на мирную лодку из мрачных глубин шельфого «болота».

     Описывать эту ерунду мне не хочется, потому что это только на экране смотрелось, а в описании укладывается в пару фраз. Из волн недалеко от судна (на рассвете, чтобы лучше детали видно было) выныривает нечто, напоминающее пьяного осьминога-трансформера, на нашу мирную лабораторию с боевыми обводами набрасываются щупльцы, тащущие несчастную лодку в родную стихию, но наши доблестные моряки применяют лучевое оружие ( наконец-то! ) и враг низвергнут в бездну, откуда выскочил, но уже рваными кусками. Пятнадцать минут сложных решений, разящих залпов и геройских лиц главных героев. Болото расступается, лодка выныривает прямо у берега и, в апофеозе техники, она влазит прямо в каменную бухту. Капитан Немо плакал бы от зависти... Медицина сращивает переломы без гарнитуры. Столичную операционную к лодке подцепили, не буксирный гальюн.

⥏ 家 ⥑

     Острая ситуация у дальней «Армады» случилась, но не потому что угловатому монстру, которому на завтрак не хватило сосиски, удумалось прошвырнуться по окрестностям своих владений. Источником приключений, сложных для выживания экспедиции послужила сама команда лодки, перед которой были поставлены задачи: достичь берега, с которого можно произвести высадку и разведать причину «уклонения от контактов». Исторически было несколько попыток достижения южного Годаи с посольствами разной степени вооружённости товарами. Часть посольств вернулось, ибо им было отказано, часть исчезла. Таким образом люди Континента знали, что южная часть Годаи обитаема, но – кем? Это оставалось неясным.

     По отчётам послов людей, которым удалось вернуться, их останавливали прямо на воде, не подпуская к берегу разные «обстоятельства». То это были чёрные колдуны на белых челнах, то белые птицы на чёрных плотах, но встречные предложения всегда сводились к одному: или «греби отседова» или «пожалте на стол». Пробоины в бортах деревянных судов послов однозначно были нанесены заострёнными орудиями вроде гарпунов. Парочка послов из этнографов императорских географических обществ оказались крепки духом и настырны в своём желании познакомиться с рецептами заморской кухни, но, не смотря на неприветливость аборигенов, улизнуть со стола им удалось. Их отчёты сводились к тому, что южный Годаи защищает «подавляющая» сила, попросту - психотропная магия.
     Морочилово это отлично знакомо и на Континенте – ручные хауры хуни так баранов пасут. Люди Континента всё же не бараны, поэтому подавленное состояние и похоже – галлюцинации, получаемые при приближении к видимым берегам южного Годаи намекали на что-то ценное за пологом этой обороны. Магия требует энергии, а постоянное слежение за морем -  наблюдателей. Заниматься такой тратой сил «от врождённой враждебности» никто не будет. Значит - есть долгоиграющая причина такой закрытости.

     Подход со стороны Зелёного по поверхности океана был проверенно закрыт этой магией подавления на протяжении более чем двухсот лет. Проход из под Кольца вдоль берега чреват бурным дном. Подход по краю южного ледяного поля тоже как-то всё не получался... И вот – «Армада», пришедшая со стороны открытого океана, «вытекающего» из Западного. Ещё и под водой. Никакой магической обороны ни на дальних, ни на ближних подступах к берегу команда «Армады Яхирре» не обнаружила. Или её тут не было или на подводный мир она не распространялась, так тогда решили. Субмарина преспокойно маневрировала, на виду у «вероятного противника», которого не было даже слышно. Некие неприятные ощущения у команды на поверхности ощущались, но надо учесть, что поход был не рядовым, за Кольцом и обычно, в торговых переходах даже воздух ощущается иначе, не так как с нашей стороны.

⥏ 家 ⥑

     В чём главная причина такого комплекса ощущений – не ясно, но за Кольцом и небо выглядит иначе, с другими утрене-вечерними циклами. Безбрежный океан, со множеством мелких, незаметных архипелагов и парочкой крупных. Сильные ветра, кругом сплошная вода, с изящным красноватым отливом, сверкающие чешуями купола ночи. Яйцо над южным полушарием не отблёскивает таинственной высотой, а светится, полого уходя в дымку горизонта, сливаясь с ним на фиолетовых тонах, нагоняющим лёгкую тревожность. В южной части океана бывают слышны шопоты, музыка и совсем непонятные шумы без наушников и усилителей. Обитают некоторые рыбы и даже морское зверьё, нам непривычное. У побережья некоторых островов в море встречаются наши «трубочники» - безобидные, в целом, существа, с высокими фыркающими дыхательными трубками, напоминающими шнорхели. Торчащие из прибрежной ряски Годаи «сабли» издали напоминают эти выставленные над волнами трубки. Эти трубки казались для научников «Армады» любопытны, как признак подвида. Поначалу-то казалось, что в ряске пасутся эти «шнорхели»...

     В деле достижения плотного берега не последнюю роль сыграла амбициозность капвинга Говерша. Он полагал себя приниженным второстепенной, как ему казалось, ролью канонеров в «научной» экспедиции, выполняя приказ командования из соображений военной дисциплины и только во вторую очередь проникшись эпохальной целью. Ещё и глава научников – «шкаф». Предъявить «по праву» седовласому Тиге было нечего, кроме отсутствия у того модельной бороды, а придираться к сенокосным габаритам, которые от рода достались - глупо.

     Перед Говершем задачу ставил штаб ВМС и наши географы и Говерш никак не мог себе позволить уйти от вида недалёких гор, «не копнув плинтом косы». Проходом понизу, врубась в деревянистые водоросли, пришлось бы отключать радар, что можно, но рискованно. Шалабанда довела лодку вдоль кромки «болота» до льдов, нырнув под них. Подо льдами, как и ожидалось, лес из ряски быстро сошёл на нет, открыв чистое дно, хоть и «с подводной набережной». У желтопанельной «Армады» были батискафы и подсвечиваемые «обзоры» (включая инфракрасные) позволявшие видеть в спектре недалёкие окрестности лодки.

     Подводный подход к каменистой части Годаи оказался «в ступеньках с каналами». Такой «обработанный склон», намекающий на температурное расслоение. Современные вам «альтеративщики» Эрдо тычат пальцами в такое расслоение монотипных пород, называя их «кладкой гигантов». Сверху над лодкой простирались льды, почти не пропускавший свет даже днём, так что мерность «парения во тьме» не нарушалась. Хождение «под сливками» это фокус, отработанный в Свинцовом, зимой перекрываемого  льдами и подводники хонто к тому привычные.

     «Армада» притёрлась к скалам, очевидно виднеющимся на радаре и поднялась в «прибрежный протал». На стыке холодного, но обрывистого берега и ледяного поля образуются торосы, выглядящие грозно снаружи, но довольно рыхлые по краю. Ледяное поле подпирает берег и получается, что лёд здесь покачивается и трёт сам себя. Вибрации никакой лёд, как объединение кристаллов не выносит и поэтому нарастает такой трещиноватой демонической шубой. Ходить по нему – как по асфальту, снизу гребёнка тоже выглядит неприветливо, но при надваливании на край этого прибрежного тороса снизу поля ломается, открывась как дверь. В этой «дверной промоине» обычно и тонут, проваливаясь под лёд, оказавшийся - вот те раз! - трещиноватым. В прибойной полосе пологого берега такого расслабления не возникает, потому что прибрежные торосы упираются в дно, промерзает вся толща.

     Лодка «открыла чердак», сдвинув бронещиты, из обзорной рубки увидели близкий берег. Как бы это поприличнее выразиться? Люди обомлели в голос. Даже без биноклей стало заметно, что скалы, принимаемые издали, сквозь береговые испарения над «болотом» – строения искусственного происхождения. То, что «Армада» всплыла на рейде города не вызывало никаких сомнений, удивительным было только то, что этот город никак себя не оборонял.

⥏ 家 ⥑

     Как ни печально, но фильм не показывал ничего из того, что происходило с «Армадой Яхирре» после её победного боя с выдуманным «сварным крабом». Лодка в фильме оказывается в бухте, запертая полями «ряски», по которым к лодке приходят эдакие водомерки-гиганты, изображающие аборигенов, носящих дары. Немного «поустанавливав контакт», «Армада» выбирается из болота и ложится на обратный курс. Полог, путь домой, встреча с любимыми...
Это всё можно опустить.
     Никакого прохода на юг, приближения к берегу подо льдами с обнаружением порта: эта часть похода осталась за кадром. Слабым намёком на этот порт в ленте выглядит «город чёрных жужелиц в горах», в котором пешей экспедицией с борта обнаруживается «чудо-материал, способный перевернуть все наши представления о материи!» «Клубни матушки Мо!» ...

⥏ 家 ⥑

     Команда всплывшей «на рейде» подлодки, по пристальному осмотру молчаливых «береговых башен» быстро убедилась в том, что город есть, но он, похоже,  покинут. Загадка покинутых городов южного Годаи прояснилась позже, тогда же бухта с тёмной водой, с колеблющейся на поверхости шугой, в окружении величественных башен с бойницеобразными окнами, выглядела мрачно. Лодка всплыла почти ночью, в бойницах мелькали какие-то светлые пунктиры, казавшиеся экипажу испуганными дозорными, прячущимися за чешуйчатыми стенами. Ряд дальних дырчатых строений в полутьме поражали исполинскими контурами «пирамид», хотя ближайшие к воде сторения выглядели обычными портовыми «кубиками».
     «Армада» при погруженом корпусе и на медленных оборотах направилась, взламывая налобником некрепкий лёд и раздвигая плавником шугу, к одному из окоймляющих бухту берегов, вынужденная остановиться перед притопленным пирсом, отступающим от «набережного пирса» на пару кабельтовых. Ночь прошла тихо и стало понятно, что понятной нийангам разумной жизни в порту нет. Людей никто не встречал - ни агрессивно, ни миролюбиво.

     Утром на берег, присыпанный снежной порошей, послали разведку на двух мультиколёсных амфибиях, сильно напоминающих ваши БТР-ы, только с корпусами не металлическими, с колёсами помельче и с раздвижным клиренсом. В те времена эти машины были новшеством, потом уже стали привычными. В амфибии «Армады» вмещалось по восемь человек, на борт они вытягивались лебёдками с выносными сходнями дебаркации, в машинах стояли радиоточки направленной передачи. По тем временам – крутые штуки.

     Выбравшись на низкий пирс, они почти бесшумно покатили вдоль припортовых строений без окон и заборов. Вся окрестность поначалу вызывала не больше впечатления «иномирья», чем какой-нибудь среднестатистический порт вроде Балтимора или Мурманска. Мешали почувстовать себя дома только башни- небоскрёбы по краям города, голые горы и высокое ветренное небо, притягивающее взгляд своей костистой желтоватостью. Чужеватое небо, безлюдность, торчащие вдалеке округлые конусы-пики, напоминающие зубы исполинской глубоководной рыбы, вытащенной на берег и окаменевшей.
     Улицы в порту, названном в рабочем порядке Порунтом, не обладали тротуарами, заборов тоже не было. Пакгаузы, похожие на складские, стояли почти сплошными, примерно трёхэтажными стенами вдоль проездов без окон и дверей. Ни надписей, ни каких знаков на светлокоричневых гладких стенах видно не было. Окрестность выглядела так, будто ребёнок решил построить из глины «город у моря», но его отвлекли и вывесок он наклеить не успел, а потом и вовсе забыл о своём мимолётном увлечении. Ровные портовые проезды обладали ребристым или пупырчатым покрытием, с тонкими волночками, почти не задерживающими снежной пороши.
     Унылый промышленный пейзаж моряки наблюдали изнутри транспортных средств. Удивительным была даже не столько очевидная брошенность порта, сколько его аккуратность, без привычных для таких мест проломов в стенах, оторванных кусков крыш, промышленного мусора в проездах.

     Прокатив около километра по плоскому порту с пологим повышением от берега, машины выехали на широкий, перпендикулярный вектору на пирс проспект, названный «бульваром». Растительности здесь тоже не было никакой, но ребристое покрытие «проспекта» пересекалось бесконечным строением этажей в пять высоты, загораживающим ближний обзор. Семи пядей во лбу не требовалось, чтобы понять что это путепровод. Открытых входов внутрь путепровода так же не обнаружилось, возможные входы - если некрупные боковые выступы посчитать воротами - были как запаяны.

     Местность у путепровода была уже повыше бухты метров на сто, но так же пустынна. Разведочная пара наугад выбрала решение отправиться вдоль трубы направо, чтобы достичь башен, смотрящих, ориентировочно, в сторону недалёкого океана. Отсутствие растительности даже в виде мхов, вездесущих в таких местах на нашем севере, объяснялось с трудом, хотя анализаторы и показали высокую насыщенность застройки свинцом, мышьяком и, предположительно, теллуром. Все эти металлы достаточно агрессивны относительно наших организмов поэтому сходу, по получению примерных анализов, было выдвинуто предположение об отравлении людей, обитавших в этом «Порунте». Насыщенная химия окрестности не приглашала к прогулкам пешком, разве что - в водолазных костюмах.

     Через несколько километров осторожной езды по бульвару с однообразными коробками «складов» на вектор мористее и «трубой» по левому борту, ровным, как стрела «бульваром», труба показала машинам  «щеку» фасеточного изгиба, уйдя влево, в скалы, а полотно «бульвара» почти упёрлось в этаж основания одной из «башен с бойницами». По логике вероятного доступа внутрь тут должны были быть ворота, но визуально они никак себя не обозначали. Та же бежевая краска грунта, что и везде и ребро башни-пирамиды, уходящей на крутую гору. Снизу постройка больше всего напоминала шахту лифта, встроенную в склон скалы. Кто-то назвал всю атмосферу порта «немой», даже предположив переименовать его в адекватный по переводу «Немовск» («Порунт» означает что-то вроде «конечная станция, перрон», «приехали»).

     Группа подняла перископный шар с «гномом» и убедилась в том, что в башне имеются тёмные проёмы, принимаемые издали за бойницы, но закрытые изнутри чем-то вроде тонированного  стекла. И тут до разведки дошла напрашивавшаяся мысль, что «город Порунт» законсервирован. И если у него и есть хозяева, то они находятся где-то внутри, а поскольку эти хозяева никак не реагируют на визитёров, то этим хозяевам визитёры - до лампочки. Можно поробовать постучать в дверь, но неизвестно - при такой-то консервации, не вылезет ли из той двери такой хозяин, которому коробочки амфибий разведчиков - на один взмах лапой. Масштабность построек никак не намекала на рост создателей построек и на их оборонную мощь: размерность построек ни на что не указывает, кроме удобства такого размера строителям. У ДОТов бойницы – маленькие, не ростом с медведя, а положить из этих бойниц можно десятки человек.

     Хулиганить, пытаясь вломиться в башню «лифта» силой, разведка не стала, развернувшись на обратный путь. И вот на обратной дороге было совершено открытие, значимость которого смогли оценить только позже. По съезду к плавучему дому один из номерных морпехов ещё на «бульваре», но на «улице», ведущей к пирсу заметил, что узкие проходы между некоторыми «пакгаузами» стали поуже, а между другими строениями эти переулки расширились. Ни в один из этих проходов и по проезду туда, к бульвару, машина втиснуться не могла, поэтому в них и не совались, но теперь оказалось, что в некоторые просветы между блоками можно спокойно въехать, стен не оцарапав.

     Возникло два вопроса: имеет ли это движение «домов» отношение к ним самим, к «визиту» и стоит ли туда, во «дворы», въезжать? Въезжать в приглашающие переулки не решились: у разведчиков было военное образование, а что случается с «нежданно образовавшимися» удобными проездами все знают. Что сделали доблестные конкистадоры, постояв неколько минут перед одним из широких проходов в кажущийся пустым с «улицы» двор? Выжали из двигателей амфибий максимум, стремясь успеть на лодку до того, как «домики» на пути сомкнутся в стенку, которую придётся объезжать или, того хуже, взламывать с неизвестным расходом энергии и боеприпасов.

     Дополнительным стимулом к ускорению движения послужила радиопередача с «Армады» на флаг: наблюдатели с борта заметили, что высота между кромкой надводного причала и поверхностью воды растёт. Поверить в явление было трудно, но очевидно каменный причал медленно всплывал. (Прим.:  заметных в приполярных широтах отливов и приливов в Уве нет).

     Отличие военного ума от гражданского в том, что вояка предполагает худшее по малейшему намёку на такой   оборот дел. Если один вояка может решиться на подвиг, то направить на такой подвиг коллективную боевую единицу, выполняющую рабочую задачу, а не затыкающую дыру по этой задаче многократно сложнее. Вот у хуни есть подразделения с официальным лозунгом «и как один умрём». Так то – хуни... 

     При выборе между опциями «немедленно влезть в эту передрягу» или «сначала всё взорвать к тиршевой матери» военный коллектив людей всегда выбирает второе. Для исполнения тонких задач по нежному проникновению куда-либо без предварительного подрыва лабиринта до равномерной пыли нужна тактичность хиуске, рекламирующего гробы в приёмной роддома. Броники спринтерски помчались вниз по улице к морю. Только на такой скорости стали заметны пересекающие дорогу ложбинки под колёсами, до того теряющиеся в гофрировке - при вползании «туда» машины не подкидывало.

     Выскочив на ровность пирса машины «с разбегу» вылетели «на волну». У ваших металлических бэтэров это получается более громоздко – плавучесть тех машин, внешне уже тогда разительно похожих на «Росток», обеспечивалась и композитами неметалического корпуса... Перед ударом днища по воде всё равно нужно группироваться, но грузность приводнения позволяла выходить на инерционноую глиссаду. Аппарели сходен за приёмным энергоблоком уже ждали подхода бэтэров, приёмка прошла за пару минут. Вода в бухте тем временем начала «беспокоиться».

    С беспокойной воды, если это не постоянная поверхности, нужно уходить, это знает любой мореход, и уж мореход, знакомый с донными выбросами, подавно. Говерш ди Стемлех был амбициозен, но компетентен. Приняв бэтэры в боксы лодка запустила крейсерские шкивы, разблокировав и обтекатели дополнительных.

    Экстренно погружаться «с места» не стали по двум причинам: герметизация боксов приёмки требовала времени и выпущенные сразу по обнаружению поднятия пирса донные щупы не сигнализировали дрожания изгиба. Поэтому из рубки было видно, что башни тоже как-то «задвигались», хотя это впечатление и могло быть обманчивым из-за изменения угла осмотрения. Крейсерская скорость палубного хода «Армады» по чистой воде была около 20 узлов, в подводном положении скорость, естественно, снижалась.

     При выходе на открытую воду, покрытой - на удивление - колотым льдом, дно стало «поджимать» и лодка встала на шнеки. Ползающая способность есть у многих судов на шнеках, но «Армада» обладала очень большим надводным весом. Ползать, вылезши на воздух - ворочая дюны, она бы не смогла. Шнеки наши не объёмны и ваши понтоны не напоминают, наши шнеки предназаначены для перемещения почти исключительно в жидкой среде ( Прим.: шнеки применяют так же в горном деле). Большинство крупнотоннажных судов передвигаться на гребных шнеках не может, искрашивая поверхность суши и скорее зарываясь в грунт, чем прилично продвигаясь по нему вперёд. Если бы живое дно поднялось до уровня поверхости, то неизвестно удалось ли бы с «всплывшего» дна фарватера выйти.
     На траверзе курса показался риф, но тут уж техническое командование «Армады» не церемонясь врезала по этой преграде носовыми «мушкетами», «дулями». Морские дули, извините за каламбур, это такая помесь ракет и прыгающих реактивных торпед. В земных условиях такие снаряды применения почти не нашли, хотя аналоги и были. Дальность поражения прыгающими как лягушки «дулями» не высока, зато несколько «дуль» крупного калибра способно снести скалы, что и было исполнено.

     Даже после применения ударной мощи мушкетов «Армада» из бухты выползла скрежеща и переваливаясь на всех шести шнеках ( Прим. : и не только на них ). За проломом в «барьерном» рифе дно начало быстро «теряться», что и дало возможность «Армаде» выйти уже под ледяное поле. Повезло ещё, что лёд здесь был каким-то «жиденьким», не полярным. Подводная лодка - не ледокол и даже не ныряющая носом мастаба. Корабли, способные медленно и планомерно колоть многометровый полярный лёд айсбергов есть, но это не подводные лодки, предназначеные для линейнного хода, а не для взламываний ледяных полей разной мощности.

     По льду, даже в пороше и «на шнеках» ползать не очень здорово – при трении лёд подтаивает и если передний фронт шнека ещё забирет шаг, то задние части равной колеи уже будут грести по воде в канале. Чем длиннее тело шнека, тем у него вес больше, на его проворачивание требуется больше траты энергии. Поэтому для движения в воде окрытые винты и водомёты значительнее эффективнее, а для движения по льду нужны шестерёночные толкатели, вроде дисковых пил.

     Счастливо избегнув «выгрузки корпуса на сушу» военфлотский состав «Армады» увёл её на глубину, не смотря на попытки протестов со стороны научно-исследовательской группы. Спор был по поводу того, что научники жаждали понаблюдать и повскрывать суть, не смотря на опасность неясного поведения берега. «Люди науки» все немного с придурью - боги у них такие, но за безопасность судна отвечали, всё же,  военные. Учёные бы, дай им волю, «Армаду» ещё под Кольцом во что-нибудь бы да вляпали.

***
   Спешное бегство из бухты Порунта не позволило пытаться выяснять на месте ни кому этот порт принадлежал, ни его назначения. Осмыслить и провести натурные эксперименты «по выявлению причин» военморы научному составу не дали, не рискуя подлодкой и всей миссией. Наблюдали, записали, пошли обратно. Говерш косу копнул и с него хватило, Тига был достаточно разумен, чтобы не настаивать.

   У группы высадки остались воспоминания не из самых приятных. По словам ветеранов, чьи фотографии не принято показывать без плотной ретуши, оставшихся в живых на момент съёмок фильма, в «Порунте» их не покидало ощущение нарисованности. Игрушечный, схематический город, нарисованный ребёнком с умственными отклонениями. Вроде бы знакомые очертания, но -  бездушные. Безжизненность, ни кустика, ни травинки, ни гнезда птицы, ни даже грязи. Пупырчатые коричневатые стенки, серые ребристые поверхности под колёсами, сухие, «твёрдые» тени... Наблюдатели из бухты видели какие-то искры вокруг «башен», что-то мелькало над дальними горами. В глубине бухта тоже была пуста. Чистая вода без крупной рыбы и даже без водорослей.
   В команде «конкистодоров» были люди крепкие, никаких особенностей поведения приборов или транспорта они не заметили, но некоторые изменения приборной чувствительности с этих двух машин обнаружились позднее.

    Обратным путём – сургучным морем и под Прогиб - аргонавты прошли без особых сложностей, заметив лишь несколько незначительных происшествий. «Армада Яхирре» вернулась из первого дальнего похода в акваторию Западного, где её встречали суда охранения, сопроводившие подлодку до родного Луффа и верфей Аэра, где уже полмесяца ремонтировалась «боевая копия».

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑

| ОТПРЫСКИ УВА |
☆ ☆ ☆ ☆

Зачем нужны дети людям? На Земле - для «того, что так принято», «того, что богом указано», «чтобы была радость семейного бытия», «чтобы реализоваться в жизни», «чтобы было кому подать стакан воды в старости». Все эти земные требования распложения или опираются на инстинкты или взывают к корыстным соображениям страховки от «одиночества в немощи». В известной нам части Ува дети нужны для диверсификации рода. Слабые рода, без детской версификации, становятся зависимыми от хронических болезней и от малопонятной связности «мало детей – долгая жизнь». Долголетие в Уве не считается чем-то социально-полезным и живущие слишком долго все считаются колдунами, вампирами и сродственниками изменённых, сочтённых, «шуэзна», «бун».

Итоговый вариант вырождающегося рода – бун (термин западнохунейский, произношение передано по возможности) это уже не совсем рьята и как этот итоговый «род долгожителей» определить точно я не знаю. Эти бун это скорее помесь рьята с кьян. Хотя есть современная теория, что все рьята обязаны своим существованием кьяна, которые «инициировали» рьята... Как бы то ни было в Уве фертильности обязано здоровье рода, его сопротивалемость различным внешним влияниям и единственный инстинкт, который можно притянуть к необходимости рожать детей, это инстинкт коллективного выживания.

Коллективность, коммунальность – один из глобальных фетишей Ува. У хуни родовой коллективизм сильнее, у людей он ослаблен. Коллективизм в большой степени тормозит прогресс, влияет на экономику и социальные инновации, поэтому менее подверженные этой зависимости люди (не в послёднюю очередь) и смогли отобрать у хуни почти две трети Континента. С другой стороны колдуны- вампиры «долгожителей» бун способны «размещаться в нещи». Правильно было бы переводить это понятние «депозитироваться», потому что эти слабые жизнью рода переходят в актив сатады. По ощущениям жителя Ува все малые народы например вашего Кавказа – бун. Чеченский народ состоит целиком из собрания бун. Ночхи, кажется, и сами так считают...

⥏ 家 ⥑

Переход в актив сатады выражается для людей в том, что земля, где долго жили бун, становится «пропитанной» родовыми «предпочтениями». Для того, чтобы очистить такую сатаду от «впитавшихся» бун нужны силовые методы, выходящие за рамки простой оккупации. Такую «дебунизацию» в российских условиях пытался провести Сталин, видимо, неплохо разбиравшийся в реалиях увографии, когда выселеял вайнахов с распределением их по Казахстану. Не все рода вайнахов выселяли - Иосиф Сталин определённо знал, что делал с точки зрения этически образованного резидента Ува. Однако у ваших вайнахов, мусульман, всегда было много детей, поэтому параллели между Землёй и Увом не постоянны. Чего, как кажется, Сталин и не учёл... При аналогичном выселении носителей долгих родов бун в Уве можно за одно- два поколения полностью очистить поверхность сатады, «переписать её на другого владельца».

~*~
Любопытно, что такое скоростное переписывание подножного имущества получилось и в земных условиях России, но в условиях значительно более мощного демографического замещения и заняло это переписывание всё же больший срок, чем два поколения. Советские русские переписали «под себя» север Карельского перешейка, в условиях гораздо более слабой кьяна- магической насыщенности, чем такая насыщенность может быть выявлена, предположительно, на Северном Кавказе. Но даже в земных условиях слабейших сатад советским не удалось «переписать под себя» Кёнигсберг, хотя усилия по этому переписыванию были предприняты, по земным меркам, титанические. Причины такой стойкости бун земной сатады Восточной Пруссии лежат за рамками этой статьи – Кёнигсберг приведён в качестве понятной российскому читателю иллюстрации противостяния «депозитариев» долговременной оккупации. В Уве «Кёнигсбергов» много и детей родам, желающим жить в этих «Кёнигах», тоже требуется много. Вся площадь Ува  кем-нибудь да перезахвачена, кем-то обжита. Кто-то обитает и в Высоком Цасе, хотя мы и не можем пока выяснить кто это. Возможно, там вотчина гномов и метроборов...

Метроборы, встреча с которыми, согласно мифам, ведёт к неминуемому окаменению человека или к закрепощению его «внутренним холодом» иногда опысываемы как «многоликие колёса», что очень напоминает описание земного пророка Иезекииля «демонов с той стороны реки», от вида которых он, как можно понять из его повествования «прямым воспоминанием», застыл пассивным зрителем, впав в кататонический ступор. Иезекииль видел его многосторонних демонов, похожих на метроборов, на какой-то обширной равнине, вдалеке, и его описание похоже на мираж. В мифах жителей Континента Ува метроборы обитают в холмах и в горах, в глубине и имя это означает что-то вроде «материнская труба», «родильный штрек». Согласно мифам метроборы это такая помесь гномов, играющих в кегли и «мирового червя» скандинавов и галатов. Эти метроборы когда занимаются своими непонятными играми, катают под землёй болиды (или это они сами катаются?), вызывая землетрясения. Перед землетрясением из-под земли слышится низкий, едва уловимый слухом гул, а на финише шары (или сами метроборы) бьются по вставленным кеглям, на которых держатся «поверхность» и происходит слом земли с треском. Если Иезекииль видел метроборов на поверхности, катавшихся и бегаювших туда-сюда (по его описанию - со страшным грохотом), то в конце этого видения метроборов должно было произойти что-то вроде «неботрясения»... Никаких описываемых Иезекиилем «крыльев» и «полусфер» у подземных жителей метроборов даже гипотетически быть не может, но даже Иезекииль честно пишет в воспоминаниях о видении «как бы». Как бы крылья, что-то, «напоминающее» глаза, «подобный человеку»...

↓ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ↓

Остальные видения Иезекииля, впадавшего в ступор, тоже не лишены интереса, но идут более в ряду видений разных грядущих бедствий для своих любимых соплеменников еврейскими пророками. Евреи всегда очень боялись северян (со времённ хеттов), поэтому все несчастия на евреев традиционно приходят с севера. Иначе бы никто содержание видений записывать не стал – работала своего рода цензура. И традиционно же еврейский бог-мститель держит на небе запасы камней (или града). Этот мотив уже совсем не местный – такого рода обвалы «камней с неба» евреи, не знакомые со старейшими версиями требушетов и катапульт греков, не могли наблюдать «вживую». Только если бы евреи жили там, где бывают извержения вулканов, засыпающих свои окрестности вулканическими бомбами. Евреи должны были быть свидетелями если не прямого наблюдения рассказчиком извержения (после которого наблюдателю трудновато о чём-либо детально поведать слушателям), то - хотя бы - видеть следы такого извержения: поле лавовых бомб вперемешку с костями людей. Такое поле, засыпаннное свежими вулканическими бомбами могло бы породить у древних евреев миф о возможности такого «наказания от бога с неба», но таких полей массированного небесного «обстрела» на Ближнем Востоке нет. На Земле такие места есть, но все они очень далеко от Ближнего Востока, где активный вулканизм проявлен только иранским вулканом Демавенд и горой Хасан (в Турции).

Мотив бомбардировки врагов «камнями с неба» в иудейской традиции пророчеств встречается часто, поэтому логично предположить одно из двух: или иудейские пророки-визионеры – они «не совсем» иудейские или эти визионеры детально наблюдали какие-то иные места, о чём честно рассказывали окружающим, за что и пользовались уважением в коллективе.

⥏ 家 ⥑

| МАГИЧЕСКАЯ ФИЗИКА |

/ Проблема скрытой уникальности и... (неразборчиво) /

Не существует системы или даже кластера связанных знаковых систем, полностью описывающих любое материальное тело в любой момент времени. Любая система кодирования данных содержит в себе долю погрешности, формально принимаемую за нулевую. 

Обнуляемая погрешность в описании объекта допустима в той мере, в которой намеренно упускаемая доля уникальности не выступает в роли помехи для механизма, призванного ограничить свободу проявления объекта, используемого как передаточная деталь реализации отношений.

В случае аннулирования механизма сдерживания уникальности детали- объекта эта деталь превращается в свободный объект, создающий, в свою очередь уже самостоятельно, квази-подобную себе систему взаимодействия с окружающим его механизмом синергетического баланса.

Любое тело, даже выпущенное серийно, можно считать уникальным, обладающим какой-то долей применимых параметров, совпадающих с описываемыми и какой-то долей параметров, принадлежащих исключительно данному материальному объекту, не учитываемому в рамках определённой задачи.

Любая монета, молекула, атомарное ядро обладают неким набором признаков неповторимости и неописуемости в известных знаковых системах, описываемых известными правилами.

Признаки уникальности могут стать генерализованным признаком объекта, развивающегося вплоть до формирования им механизма отношения гомеостаза, состоящего из объекта и контактной оболочки в условиях среды, допускающей свободу функциональности объекта.

Механизмы, допускающие свободу самоопределения объекта, могут быть двух классов: описываемая схема отношений замкнутого типа и эмпирическая схема отношений разомкнутого цикла. Первый тип – замкнутая схема функциональности объекта возвращает объект в условия применимости, эмпирическая же схема выводит функционал объекта из состояния компенсированной связанности подобий, создавая причинное отношение энергетического дисбаланса, разрушающего материальное тело.

Приведение энергии в гомеостатическую схему уравновешенности создаёт механизм генерации материального объекта, включающего как собственную долю гармоничности, так и контуры уникальности. Объект, скомпонованный из приведённой в состояние баланса остаточной энергии, не эквивалентен объекту, описываемому с позиции любой из частей механизма, призванного описать деталь применимого объекта. 

Таким образом любой объект содержит в себе долю потенциально свободной уникальности; долю потенциально свободной энергии не связанной с его описываемыми параметрами и, наконец, качество недетерминированных системой описания объекта отношений. Все эти три обязательных свойства неидеального материального объекта считаются «несущественными» только в рамках схемы стабильного использования (рассматриваемого) объекта. 

☆ ☆ ☆ ☆

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑

| ЧАСТОТА ГАРМОНИИ |

    Сеть антенн связи «лёгкого» (высокочастотного) излучения была развёрнута в столичных областях Хондурахс ещё на заре начала «народного» телевещания, в конце прошлого и в начале текущего века. Разными фирмами применялись немного разные устройства «начинки» ретрансляторов, однако общее покрытие сетями этих передающих «контуров» составляло не более 15-25 % всей территории этнических образований, охваченных довольно рыхлым образованием «зоны влияния» хонто. 

    Империя Хонто тоже, подобно ОК, называлась «регенством», но в связи с отсутствием выраженного культурно-расового разнообразия централизация в «землях Хонто» была выше чем в ОК, та империя была административно тоталитарнее. Империй и союзов народов хонто исторически было несколько, они занимали разные территории. Самая последняя империя хонто перед войной включала в себя все области Thold-а ^[ッ], Северную косу с культурной автономией формальных лсагов, область Панит и несколько буферных государственных образований, исторически «тяготевеших к культуре запада» (как утверждала пропаганда хонто). Юго-западная часть Континента, состоящая из мелких прибрежных государств, частично – монархий, частично – республик, оставлась «неприсоедившейся».

    Война за ресурсы, которую никто не собирался «развязывать», но которая произошла в начале века, целиком «забомбила в каменный век» три государства «буферной зоны», среди которых Кидония (как ни смешно, но это название означает «камень болота», хотя какие там болота? ), Шарнан и степные Ёссы. 

    Строго говоря, последняя «империя» Хонто перед войной была промышленно-парламентской монархией и с визирующей ролью наследного монарха, скорее – номинального «гаранта». Имущественное расслоение в Хондурахсе (если произносить это название относительно правильно, без «уподоблений») было настолько значительным, что защищённые телеприёмники могли позволить себе немногие. Опережающие темпы развития науки проявлялись в военной сфере, дошедшей до производства роботизированных устройств и в сфере переработки энергии. В частности на территориях хонто уже перед войной было построенно несколько десятков АЭС, в то время как в ОК перед войной с такими устойчивыми устройствами только экспериментировали. Хонто отставали от ОК в области развития радиосвязи. В технологическом плане довоенные хонти безусловно опережали большинство государств Континента. Потом и, в некотором роде – по причине этого научно- технического опережения, и произошла последняя мировая война. С катастрофическим для хонто провалом их агрессивных устремлений, с контрибуциями и потерей значительной части земель да и населения, населявшего убитые земли. 

↓ རྩོམ་ཡིག་ཉོབ་པོ་འདུག རྗེས་མར་མཆོང་།། ↓

    Антенны гармонизации приобрели современное значение и насыщение после принятия (в качестве государственной программы) послевоенной «Инициативы общественной консолидации». Авторами «Инициативы» были инженеры, скрестившие розовые бублики натанде с «проникающим излучением». Ничего чудесного или диверсионного в устройствах, предложенных бывшим милитаристским институтом изучения систем связи, нет.

    Схема действия «излучателей радости» проста до безобразия. Несущий радиосигнал, передаваемый с базовой частотой на «лёгких» (голубых) «волнах» усиливает волну «гармонизирующей сатаду» «неслышной музыки» галоты бублика, разнося его на расстояние около 15 -20 км. Бублики- галоты натандов «разгружали» адептов только в прямой видимости кольца их храмов (изначально – так и вовсе под куполом, в зале, называемом кальдирой). Влияние улучшенных «бубликов» ретрансляторов- «консолидаторов» (если следовать версии официального названия) смогло дотянуться до закрытых помещений и до подвалов.

    Базовое излучение консолидаторов, в просторечии – «колец иноков», почти незаметно для здорового человеческого мозга, да и для всей нервной системы. Розовые бублики натандов обладали «раскрепляющим психику» воздействием, напоминающим лёгкое опьянение.

    У мощности приверхостного покрытия излучением эмиттеров «иноков» в условиях Ува есть детерминированные природными условиями «плановые нарушения», не позволяющие расширить «зону охвата» на многие десятки километров в диаметре: несущая «бубличная» частота смешивается, разрушается и смещается по частоте, затухая в автохтонных полях литосферы. Поэтому для целей консолидации «иноки» были вынуждены рассеять сотовую сеть синхронизированных ретрансляторов, предложив устанавливать их на полурадиусах дальности устойчивого покрытия. Всеохватная государственная сеть «бубликов-контуров» иноков-«консолидаторов», какой она была предложена в первом чтении проекта «смягчения общественного климата» – достаточно дорогое удовольствие, требующее постоянных государственных вложений. Таких средств у правителей, проигравших мировую войну, «пост-имперских» республиканцев, естественно, не оказалось. Им и на себя-то не хватало...

*=*=* 

    Импры, если писать сокращение обозначения этой «партии власти» в адекватном сокращении, представляли из себя выдвиженцев группы тех промышленников «Гондураса», которых не коснулись санкции победившего «восточно-океанского» союза. В группу не «обанкроченных» войной промышленников «национально- разделённых» хонто, которые оказались у почти марионеточной власти в первые послевоенне годы в Союзе Хонто вошли только представители высшего класса, бизнес которых не был жёстко связан с военными заказами. Понятно, что промышленники от металлургии, от машиностроения да и от всей тяжёлой промышленности оказалось придушенны санкциями победителей без права лоббирования своих представителей на государственные посты. Но под пристальным вниманием победителей оказались и часть творческой интеллегенции, которая, по соображениям ОНС, «идеологически» способствовала агрессии... В итоге этих ультимативных запретов на занимание государственных должностей от победителей в «осаждённом» Гондурасе во власть выдвинулись преставители «от лёгкой помышленности», «от пищевиков и текстильщиков», которые негласно спонсировались мафиозными структурами. Править эта группа «не запятнавших себя» не умела, восстанавливать страну не могла, да и не стремилась. В осаждённом, но не оккупированном Союзе Хонто сразу после войны царили – естественные для проигравших – разруха и уныние, часто переходящие в полную анархию и бандитский беспредел. Для поддержания гражданского правопорядка победителями была дозволена только милиция и, для усиления её в экстренных случаях, национальная гвардия (что-то вроде итальянских карабинеров). 

    После войны Союз Хонто, фактически – костяк западной Империи, распался на ряд относительно «независимых» друг от друга государств. Был ли этот «распад» и «разложение» задуман как стратегема выигравших или возбладали местнические амбиции и торговля за льготы с победителями? Это нам доподлинно не известно, но всем «странам», входившим в бывшую западную Империю Хонто было запрещено иметь любой вид авиации, производить тяжёлое вооружение, вообще любую тяжёлую технику и ещё много чего. В том числе всем «республикам» хонто было запрещено производство любого типа радиовещательных устройств, безусловно – лазеров и сонорных радаров, которые могли быть использованны реваншистами. Все эти санкции напоминают запреты, которые были наложенны ассамблеей Лиги Наций на Германию после окончания Первой Мировой войны на Земле. 

    Почему Союз Хонто не был оккупирован союзом победителей? Физическая оккупация в условиях Ува – дело муторное и трудоёмкое. Если даже в земных условиях Германия, проигравшая Первую мировую, не была оккупирована, то можно сообразить, что решение «союза победителей» во второй мировой войне в Уве было достаточно оптимальным. Союз победителей выбрал «осаду с контролем» и приветствовал расчленение побеждённой империи на отдельные, ослабленные квази- государства с неустойчивыми границами.

    Правительство импров посмотрело на разработку энтузиастов оздоровления нравственности, прикинуло траты и от «радостных волн» для народа отказалось. Отказ этот был не совсем глупым и не таким уж «бессердечным»: на масштабное строительство (в ещё не полностью распавшейся империи) непременно обратили бы внимание придирчивые наблюдатели. И спросили бы, указуя пальцами, «Что это? И зачем?»  

    Инициативные разрабы куда-то делись. Спустя пару лет империя хонто окончательно развалилась на враждебные друг другу этнические общины, заявившие себя государствами, как это и было предначертано по плану наблюдателей-приватизаторов. Через шесть лет после поражения Великой Империи Хонто правительство «импров» разодралось из-за внутренних конфликтов, его члены частично разбежались по новообразовавшимся этническим государствам, Осевой Сцольд свалился в бандитскую войну, в которой неожиданно для всех соседей, быстро сформировалась группа бандитов, обладавших достаточными амбициями для того, чтобы взять управление оставшимся кусом страны в свои руки. Заглазно эта группа именовалась просто и незатейливо – Семья или, в правильном переводе, "Боссы". 

    Члены этой семьи братков, похоже, были людьми незаурядными, хитрыми и обладавшими какими-то полезными связями. Семья не изображала никакой всенародной демократии или видимого стремления к компромисам, сразу возложив на себя роль коллективного императора. «Король умер? Да здравствует сменный Босс! » Судя по хваткости, с которой сменные Боссы вернули к подчинению центральной власти побережье за массивом Чид и западные области, прилегающие к той части Пеплов, советниками у боссов обретались вылезшие из холодильников и оттаяшие вояки. Вообще «есть такое мнение», что не точно известные по именам Добрые Боссы, это всего лишь прикрытие для бывших штабистов Империи Хонто, не желающих, по каким-то причинам, себя афишировать.

    Конечно ОНС, сидящий в Нэйзе и по «столицам», пробудился от дремот, прищурившись на добрых боссов. Однако те смогли договориться с ОНС, предоставив любопытные гарантии того, что при их благочинном правлении союз хонто к милитаризму не вернётся. Гарантии эти заключались в том, что отныне хонто, с агрессивностью в крови, предопределенно или умереть поголовно, на что все как один «всегда готовы» или жить в старой сказке, но на новый лад.  

    Знаменитая фраза одного близкого правителя про всенародное переселение в рай чуть ли не дословно перложена с дечаде гонто. В отличии от кулуарной фразы известного вам властителя, добрейшие братки показали ОНС на примере отдельно взятого города, как все жители этого города добровольно отравились на переплавку. Члены ОНС оценили эту самобытную шутку, пожали плечами и решили, что раз добрые боссы настолько добры, что собственноручно готовы очистить пористую землю от лишних душ, то почему бы и не предоставить им некоторую свободу рук? Всем известно, что хонто – те ещё психи. А игры и житьё как в сказке? Чем бы дитя не тешилось, лишь бы затем само и вешалось.

    И хонто стали жить хоть и в проголодь, но почти как в сказке, в котором ощущении не последнюю роль заиграла сеть распространителей нравственной чистоты – «кольца примирения», перепиленные из всё тех же «консолидаторов». У Боссов, в отличии от мануфактурщиков, на сеть средства нашлись.

    Что же это такое, эти «кольца»? Некий технический бездарь придумал, что кольца «консолей» испускают какое-то неизвестное общедоступной науке излучение (с каких пор наука стала общедоступной? ), производимое чуть ли не ручными шизгами... Отражённое излучение усилителей «консолей» самое что ни на есть обыкновенное – коротковолновое. Фокус, позволяющий привнести в жизнь хонто моменты «доброй сказки от боссов» – в гармоничных модуляциях.

    История применения в Уве гармонизирующих модуляций теряется в веках и стоит по колено (если не по пояс) в музыкально- магической культуре «долгих звонов». Заслуга «иноков» в том, что они смогли эти звоны вычленить в культовых сооружениях натандов, переложить эти гармоники на валики и нашли частоты, способные преломляться в структурах мозга.

    Надо сказать, что «гармонизирующие ритмы» бублика натандов, взятых за основу сердобольными иноками, не пробуждают эмоциональный подъём и не разрушают личных мотивационных построений. Попросту говоря, сами по себе гармоники не вызывают у «слушателя» ни восторга ни депрессии. Любая эмоциональность подчиняется химии организма и возникает благодаря потреблению рецепторами мозга специфических короткоживущих веществ, на выработку которых в организме человека влияет множество факторов. 

    Эмоциональная насыщенность может быть передана на расстояние словесно, в плотной группе людей, подобной пастве в «кальдире» натанде или вызываться впитываемыми ЦНС добавками напрямую. Ещё эмоциональная составляющая может быть произведена донором и передана на реципиента несколькими видами жёсткого излучения, которое разрушает нервную систему. Эксперименты по «пространственной передаче» эмоционального состояния проводились независимо от церкви натанде и задолго до принятия государственной программы иноков по оздоровлению нравственного климата.

    В земных условиях широко известны только два вида электромагнитного излучения, вызывающего очевидную «ответку» нервной системы и рад звуковых колебаний, вызывающих депрессию. О «нагоняющем депрессию» инфразвуке слышали все, об ультразвуке – чуть меньше народа. Разогрев тканей вызывает СВЧ, высокая интенсивность длинноволнового излучения разрушает мозг. Ряд радиоизлучений в Уве «не работает» для технических нужд, но после того, как открыли возможности его «продуцирования», конечно не обошлось и без общественно-значимых применений, в роли усилителя «лучей верховного бобра». В одном из государств Ясс жил один бедный поэт с инженерными задатками...

*=*=*

    Этот панегирик был написан в тогдашней столице Ясс ещё в 3946-ом году, как мы бы сказали сегодня – «в эпоху раннего дизельпанка», когда недавно изобретённые иглостробы пытались использовать для общего улучшения настроения граждан отдельных городов, охваченных сизыми дымами. Каждый бургомистр нанимал своих экспериментаторов, которые мудрствовали каждый по своему алфизическому разумению. Разнообразие получавшегося «методом тыка» создавало прецеденты... 

    В тот же день обезумевший автор вышеприведённого панегирика попытался приложиться к свету техногенного идола всем телом, приблизившись к притягивающему его устройству на минимальное физическое растояние. Чтобы предать тело и душу приносящему Источнику Счастья – стробу. Для этой цели он забрался в кустарно сконструированный им на чердаке квартиры, которою он снимал, управляемый дирижабль и направил его полёт в сторону шпиля главного храма- транслятора. На какой дальности от строба свихнувшийся поэт скончался от инфаркта миокарда неизвестно, но у строба зависла гондола с уже мертвым поэтом, в некотором смысле исполнившим свою задумку по приложению.

    После этого инцидента все стробы было решено обрамлять крепкими сферическими решётками, ограничивающими воздушную доступность лампы. Можно было бы поставить и активную защиту, но тогда бы окрестности лампы-транслятора стали походить на кладбище для птиц. Мошкару какие-то параметры излучения строба отпугивают, поэтому она не приносит себя в массовое жертвоприношение ему. В таком зарешёченном виде стробовые излучатели нескольких сохранивших учение «секторных эманаций» перекочевали и в наш век, когда (ещё до войны) на основе этих старых «тыков» был разработан спектр целевого излучения. Чтобы не нарушать уже сложившуюся традицию видимости «шпиля» в двух из трёх «техногенных сектах» стробу оставили тлеющее газоразрядное свечение, колеблющееся в пределах спектра от красновато-охряного до серовато-желтого.

    Самая многочисленная секта «бублиководов» – натанде – обосновалась на западе Ясс, состояла из нескольких компактно проживающих общин и насчитывала в своих рядах до полутора тысяч человек. Немного, но достаточно для самовоспроизведения. Были более радикальные группы, подавшиеся в отшельничество, причём чуть ли не на ту сторону океана. О них мало чего известно и скорее эти известия следует считать слухами.

    На разные расы иглостробы воздействуют различно. На урамбу они не действуют вообще или вызывают у них с трудом сдерживаемое хихикание.

*=*=*

    Внутри современного «кольца всевластия» натанде находится излучательный контур, помещённый в изолирующую среду и волновод- бочка «с хохолком», который выглядит прямо как махровый помпон на шерстяной шапке. Проникающее «полезное» излучение вызывается, судя по выводам аналитиков, разобравшим, вопреки протестам, несколько бубликов натанде (пророка- «алфизика» секты звали Танди) «на винтики», индукционными токами, возникающими в смежных трубках контура. Сопутствующее излучение в диапазоне волн видимого света, который был воспет свихнувшимся Эбелем, можно легко блокировать, потому что это просто свет и ничего больше. Влияние «бубликов» натанде (в которые превратились «зовущие иглостробы») ограничивается описанным ниже эффектом. 

    Воздействие модулированной волны контура «бублика» на ЦНС заключается в ослаблении в нём механизма «объективности значимости». Если переводить этот термин психиатрии, признанный в западной школе Ува, на русский, то бублик натандов «разреживает» схему критического мышления. Это критическое осмысление «тактической персональной значимости» позволяет, например, противостоять (до какой-то степени) опьянению или понимать анекдоты. Чем выше загруженность схем критического анализа, тем (теоретически) лучше развито чувство юмора. Формалистами замечено, что Адепты Розового Бублика, натанды – очень серьёзные, но и доверчивые люди. Сессия «ореола» бублика вызывает что-то вроде поверхостной эйфории, усиливающейся, что имеет значение, в группе прихожан.  

    При «кальдерном облучении» во время молитвы- медитации натанды становятся немного ребячливы, даже игривы, напоминая со стороны взрослых людей, временно впавших в умственную отсталость. По не скрываемым ощущениям самих натандов их бублик «преломляет мир так, что он становится тёплым и дружественным». Бублик натандов заряжается схемой, перерабатывающей заряд накапливаемого теллурического электричества и светится по причине насыщенности сегментов трубок одним из инертных газов. Конструкционно главная видимая «достопримечательность» храма натандов это никакой не «бублик», не монолитный тороид, а моток газосветных трубок, наполненных этим газом. Слабое розоватое свечение никакого доказанного психического воздействия на организм человека не оказывает, хотя по некоторым смутным ощущениям независимых исследователей этот свет «ощущается телом». Натанды собирались на свою главную молитву- медитацию два раза в неделю и тупели паствой по четверть часа «источения», после чего им становилось «радостнее жить». «Высокий бублик» натанде слабо излучает в короткороволновом радиодиапазоне, но мощность (и покрытие площади) этого излучения настолько ничтожна, что почти не превышает естественный фон центров плато.

    Скрестив уже известную технологию розовых бубликов натанде (правильнее было бы назвать их «венками в кожуре»), радиоусилители, создающие ячейки макробусов и присовокупив к ним модуляции гармонизации, иноки соорудили сеть оздоровляющего нравственность поля. Для обслуживания и охраны этой сети доброхотными Боссами была создана военизированная структура, обладающая признаками карательно- секретной службы. По правде сказать, такой подход разумен, если уж тратить на эту сеть средства. Сеть – государственное имущество, требующее опеки. При соображениях об энергоёмкости этой сети «привнесения сказочности в серую жизнь» надо ещё учитывать, что совокупная площадь «влияния» хонто раза в три меньше площади Объединённых Королевств (даже без высокого Цаса). Так представить себе: покрыть вышками один только Ярвех – уже становится очевидным глупость такой затеи.

*=*=*

   Возможно, возникнет вопрос: если это так здорово работает у хонто, никаких оснований нет считать, что оно не будет работать у других этносов расы людей, и, вдобавок, если эти генераторы так просты в изготовлении, что почему они не применяются в земных условиях?
   По нескольким причинам.

● Во-первых у вас пока не было ядерной войны и сопутствующей ей разрухи. Хотя у вас были тяжёлые периоды, когда народы были вынужденны восстанавливать страны после Второй мировой войны и после стихийных бедствий. Мы предполагаем, что подобного рода устройства могли применяться локально и в земных условиях.

●  Вторая причина, останавливающая развитие сетей гармонизаторов в земных условиях, в том, что вашим правителям наплевать на граждан их стран. В Уве любой правитель вынужден опасаться за себя и близких, если народ его не взлюбит. У нелюбимого правителя могут начаться неприятности со здоровьем вплоть до безвременной его кончины. Устойчивой защиты от магии в Уве нет.

● В-третьих увянские люди – не физиологические копии земных. Люди Ува, например, чувствуют клетками, вырабатывающимися в эпидермисе, слабую радиоактивность. Поэтому в Уве не получили распространения широкоэкранные кинескопные телевизоры. Неприятные ощущения от работающих приёмников (точнее - от транслирования картинки к зрителю) пересиливают желание наблюдать за событиями, происходящими на экране.

    Постоянное нахождение в поле излучателя может вызвать вырождение отделов приёмников, огрубление мембран. Для людей с огрублёнными рецепторами гармонизирующее излучение становится неприятным, вплоть до болезненного. Такие вырожденцы страдают, в то время как большинство окружающих их людей остаются восприимчивы. В условиях невозможности эмиграции эти вырожденцы вынуждены искать способ защиты от техногенного фактора дискомфорта. Да, это – неизбежное зло. Однако в любом, даже благополучном обществе всегда кто-нибудь да страдает. Нет такого нововведения, которое не вызывало бы страдания какой-то группы людей, оказавшейся эволюционно лишней.
    Автор этого исследования страдает, в частности – от недостаточной оплаты умственного труда, пациенты разнообразных клиник ещё больше страдают. Жертвы аварий страдают совсем уж по случайности. Есть возрастные страдания, есть врождённые. Есть профессиональные болезни. Никому в голову не приходит упразднять некоторые профессии только потому что «они вызывают заболевания», хотя в разумном обществе и стараются уменьшить страдания своих ближних, занятых в тех родах зарабатывания пропитания, которые вызывают их очевидные страдания. Технологические нововведения, прогресс неминуемо вызывает страдния множества людей, оказывающихся невостребованными и не способными зарабатывать тем, на что они обучались, порой – долго, и к какому роду питающей их деятельности привыкли. Люди страдают от безработицы, от нищеты, от семейных неурядиц, от преступности, от болезней... Что легче для кризисного правительства: терпеть страдания малой части населения или наблюдать за страданиями всех?

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑

↑ མགོ་བར། ↑ • ⥏ 家 ⥑ • ↑ དཔེ་དེབ། ↑